[image]

Николай I

и николаевская эпоха
 
1 2 3 4
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

Вообще читая мемуарную литературу нахожу крайне мало хороших отзывов о Константине.
Конечно большинство этих воспоминаний написано в николаевскую эпоху и после, т.е. можно предположить что это на фоне уже царствующего Николая I Константин действительно смотрелся бледно, но с другой стороны мы достоверно знаем о его бездарном рулении в Польше... так что дыма без огня не бывает.

Из книги: "В царском кругу. Воспоминания фрейлин дома Романовых" (под ред. Н.Мезина) М., ТД Алгоритм ООО, 2017.
Свидетельствует фрейлина императрицы Елизаветы Алексеевны графиня Роксана Эдлинг :


В кратковременное отсутствие Государя приехал к нам Великий Князь Константин Павлович, находившийся до того при армии, где он держал себя так, что вынудил Барклая наговорить ему самых строгих упреков в присутствии многих генералов. После этой головомойки Великий Князь во весь опор поскакал в Петербург и распространил по городу тревогу, которой был преисполнен.
Любя правду, я обязана изобразить этого человека в настоящем свете. С колыбели он воспитывался вместе со старшим братом, и они, несмотря на полную противоположность в нраве, были очень между собою дружны. Александр имел к нему настоящую слабость, по кровной близости и по привычке; Константин почитал Александра и по отношению к нему усвоил себе образ действий, в котором выражалось не столько братское чувство, как благоговение к царскому достоинству. С 18–летнего возраста он любил окружать себя посторонними людьми и искал посторонних развлечений. Приятели или, вернее, льстецы его были люди без правил и без нравственной выдержки, и он нажил себе общую ненависть и презрение.
В первые годы царствования Александра одна из его оргий сопровождалась плачевными последствиями***(см. прим.1). Публика приходила в ужас, и сам Государь вознегодовал до того, что повелел учинить самое строгое следствие, без всякой пощады его высочества; так именно было сказано в приказе. Однако удалось ублажить родителей потерпевшей жертвы, и благодаря посредничеству Императрицы–матери постарались покрыть случившееся забвением. Но общество не было забывчиво, и Великий Князь, не лишенный прозорливости, читал себе осуждение на лицах людей, с которыми встречался. Это жестоко его обижало, и он, в свою очередь, возымел настоящее отвращение к стране своей. Живой образ злосчастного отца своего, он, как и тот, отличался живостью ума и некоторыми благородными побуждениями; но в то же время страдал полным отсутствием отваги в физическом и нравственном смысле и не был способен сколько нибудь подняться душою над уровнем пошлости.
Он постоянно избегал опасности и ввиду ее терялся совершенно, так что его можно было принять тогда за виноватого или умоповрежденного. (см. прим.2) Так точно, приехав в Петербург в 1812 году, он только и твердил что об ужасе, который ему внушало приближение Наполеона, и повторял всякому встречному, что надо просить мира и добиться его во что бы ни стало. Он одинаково боялся и неприятеля, и своего народа и ввиду общего напряжения умов вообразил, что вспыхнет восстание в пользу императрицы Елисаветы. Питая постоянное отвращение к невестке своей, тут он вдруг переменился и начал оказывать ей всяческое внимание, на которое эта возвышенная душа отвечала ему лишь улыбкою сожаления.
Возвращение Государя образумило Великого Князя и заставило войти в пределы долга и приличия; но поведение его оценили по достоинству, так что оставаться в Петербурге было ему не сладко, и если память мне не изменяет, он поспешил уехать в Тверь, к сестре своей герцогине Ольденбургской, которая его баловала.
 


Прим.1 - речь об участии Константина в похищении и групповом изнасиловании одной дамы (жены придворного ювелира), приведшее к ее смерти.

Прим.2 - очень похоже на истину, достаточно вспомнить его поведение во время восстания в Варшаве.
   11.011.0
RU Alex 129 #30.11.2017 13:47  @Alex 129#27.11.2017 10:57
+
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

A.1.> Вообще читая мемуарную литературу нахожу крайне мало хороших отзывов о Константине.
A.1.> Константин действительно смотрелся бледно, но с другой стороны мы достоверно знаем о его бездарном рулении в Польше... так что дыма без огня не бывает.

В другой ветке я уже цитировал ответы профессора Карнаухова на вопросы юзверей на форуме Урсы по истории и современным отношениям с Польшей.

Применительно к данной теме:

Если можно вкратце, то о роли Константина Павловича в восстании 1830 года.


По моему мнению, для Польши Константин Павлович (КП) был не органичен, его готовили совсем для другой миссии - еще при его бабке планировалось создание огромной православной монархии за счет западных провинций Османской империи. Проект не удался и КП оказался в Варшаве, однако вел себя как цезарь, вполне в византийском стиле. Поляки не оценили этот стиль, многих именно он привел к измене присяге.

«Ноябрьское» восстание я считаю предвестников всех последующих проблем в отношениях России и Польши. Обеим сторонам не хватило мудрости и желания достичь компромисса. Фактор личности КП сыграл здесь огромную деструктивную роль.
 
   11.011.0
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

Читая литературу по декабристкому восстанию, натыкаешься на много забавных (на современное восприятие конечно) вещей.

Например, Николай с семьей будучи в роли наследника (как потом и другие наследники престола) жил не в Зимнем, а в Аничковом дворце (кто не в курсе это на Невском проспекте, примерно в 1,7 км от Зимнего).
Когда собственно стало ясно, что происходящее это не просто некие беспорядки, а реальный военный мятеж, то естественно было принято решение перевести его семью (т.е. императрицу и четверо детей) из Аничкового в Зимний, откуда собственно Николай по статусу главного претендента на престол и рулил ситуацией.

Переезд был организован следующим образом - сначала поехала императрица с дочерьми, т.с. со всем положенным антуражем: в царской карете, с охраной и прочее. А наследника (т.е. будущего Александра II, ему тогда было 7 лет) - повезли отдельно, просто так в обычном экипаже, инкогнито.
Т.е. расчет был на то, что если бунтовщики решили убить царскую семью (а как мы знаем такие планы у декабристов действительно были) - то они нападут на официальный конвой, а на "просто мальчика" едущего в обычной повозке среди прочих по проспекту никто не обратит внимание.
Известно, что Николай I любил свою жену и детей (и вообще детей кстати), но вот царская профессия такова - что было принято решение в случае чего пожертвовать дочерьми и женой, но сберечь наследника престола.
   11.011.0
RU Alex 129 #04.12.2017 11:59  @Alex 129#04.12.2017 11:21
+
+3
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

A.1.> Читая литературу по декабристкому восстанию, натыкаешься на много забавных (на современное восприятие конечно) вещей.

Еще эпизод.
Николай I активно направлял посыльных в части питерского гарнизона, что бы подтянуть (сначала хотя бы для охраны Зимнего) верные ему войска. Увидев идущие по улице подразделения пехотного полка он решил что это они и выехал к ним навстречу. На самом деле это был батальон восставшего (НЯП Московского лейб-гвардии) полка. Видимо для обоих сторон встреча была неожиданная, и когда Николай спросил - мол вы со мной или как? - те ответили - нет, возникла напряженная пауза, но Николай быстро сориентировался и сказал - "А, ну тогда вам туда" и махнул рукой в сторону Сенатской площади - те машинально пошли дальше, а Николай I тут же ускакал... :D
   11.011.0
+
+3
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

Об импортозамещении ))

Цитата по книге "Зимний дворец. Люди и стены. История императорской резиденции. 1762-1917" И.Зимина

На протяжении всей дореволюционной истории Зимний дворец освещался свечами. Чаще всего использовались свечи двух видов – сальные и восковые. Сальные свечи были не ароматны, и поэтому их использовали в хозяйственных помещениях дворца или для дежурного ночного освещения парадных залов. После окончания роскошных балов в парадных залах расставляли через комнату сальные свечи «в жестяных, длинных, наполненных водою подсвечниках». Восковые свечи использовались во время балов и других торжественных церемоний, но они были недолговечны, поскольку быстро оплывали, и их приходилось часто менять.

Как правило, в императорской резиденции использовались свечи, привезенные из заграницы. До начала царствования Николая I такая ситуация считалась совершенно стандартной. Огромные партии свечей доставлялись прямо из Парижа. А поскольку хозяйственники экономили, то на высочайшем уровне решался вопрос о беспошлинном пропуске этих свечных транспортов через таможню.

Николай I попытался переломить ситуацию, начав закупать отечественный продукт. Однако отечественный продукт, даже в таком, казалось бы, пустяковом производстве, проигрывал иностранному. Поэтому в 1836 г. хозяйственники, с санкции царя, возобновили закупки свечей за границей.
 
   11.011.0
+
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

Цитата по книге: "Царская работа. XIX – начало XX в." И.Зимин М.: Центрполиграф, 2011 г.
:)
Хотя сам Николай I спиртного совершенно не пил, он не считал нужным ограничивать в этом отношении свое окружение.

Так, в 1826 г. по ведомости Мундшенкской части за 17 дней только три фрейлины «употребили» 95 бутылок различных напитков: «Мальвазии старой» – 3 бутылки, «Мадеры» – 3 бутылки, «Венгерского» – 16 бутылок, «Сентульену» – 14, водки «Люксовой» 1/4 бутылки в день, пива второго сорта 15 бутылок, меду белого 10 бутылок, меду клюквенного – 10 бутылок, кислых «штей» – 20 бутылок.

Следовательно, за эти 17 дней три фрейлины «употребили» 36 бутылок разного вина и 4 бутылки водки.

Трудно сказать, как это было возможно, но среди штатных фрейлин числились представительницы разных возрастов. Молодежь была полностью занята услугами императрице, а старушки-фрейлины, доживавшие в Зимнем дворце на покое, видимо, постоянно принимали гостей, которые с удовольствием и «употребляли» дворцовые запасы спиртного.
 
   11.011.0
RU Alex 129 #08.12.2017 15:18  @Alex 129#08.12.2017 15:02
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

A.1.> Цитата по книге: "Царская работа. XIX – начало XX в." И.Зимин М.: Центрполиграф, 2011 г.
A.1.>
:D
Конечно, на кухне случались злоупотребления. По мелочам, но были. Отчасти это неистребимо, хотя отдельные «компании» по борьбе с неизбывным злом периодически проводились.
До нас дошло несколько рассказов, в которых рисуются типичные нравы царской кухни.

Так, при Александре II его лейб-хирург Г.И. Гирш кормился «по расценкам» гофмаршальского стола. В начале его службы, в середине 1860-х гг., к нему в Петергоф приехали из Петербурга несколько его знакомых. Гирш решил угостить их чаем. Не имея своего хозяйства, он спросил гоф-фурьера, можно ли сервировать чай для его гостей.

Тот ответил, что это вполне возможно, и в назначенное время был подан чай с печеньями, фруктами, конфетами и шампанским, чего Гирш вовсе не просил. На его замечание гоф-фурьер ответил, что это так принято, что такие угощения имеют каждое свой номер, что это номер такой-то, и что Гирш, по своему желанию, имеет полное право его получать.

Однако через некоторое время гофмаршал граф П.К. Бенкендорф, при случае, шутя, намекнул Гиршу, что он, по-видимому, очень любит фрукты, конфеты, шампанское, так как каждый день ему подается угощение № такой-то. Оказалось, что те, кому это было выгодно, выводили ежедневно в расход на имя Гирша известный № с того дня, как он попросил чай для своих знакомых.
 
   11.011.0
RU Alex 129 #08.12.2017 15:30  @Alex 129#08.12.2017 15:18
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

A.1.>> Цитата по книге: "Царская работа. XIX – начало XX в." И.Зимин М.: Центрполиграф, 2011 г.
A.1.>>
:)

Николай I иногда подчеркнуто любил опуститься до мелочей повседневности.
Видимо, именно с этим связано его распоряжение в феврале 1853 г., провести химическое исследование ряда продуктов, которые поставлялись для «Стола при Высочайшем Дворе»: уксуса, оливок, каперцев, французских фруктов в бутылках и пикулей. Причем, распоряжением царя подлежали исследованию «все места, где производится продажа пикулей».

Вероятно, это распоряжение связано с постепенным распространением консервов и первыми случаями отравления от ботулизма. Поэтому исследовались, прежде всего, продукты, подвергшиеся консервированию. Поскольку на это последовала высочайшая воля, то аптекари, проводившие химические исследования, отчитывались перед самим управляющим Придворной медицинской частью действительным тайным советником и кавалером Яковом Виллимовичем Виллие. В результате проделанной работы аптекари пришли к выводу, что в проверенных продуктах «вредного для здоровья быть не может».

В то время с консервами, которые только начали входить в повседневную жизнь, возникало много проблем. Так, в 1863 г. метрдотель Сегера сообщал из Ливадии, что «провизия в жестянках оказалась большею частью негодною к употреблению».

В конце 1870-х гг., когда террористическая угроза, направленная против Александра II, возросла как никогда, химическое исследование продуктов было уже связано с обеспечением безопасности царской семьи. Так, в 1878 г. было отдано распоряжение об «исследовании водки и конфет», подаваемых к Императорскому двору.

Этими исследованиями продуктов занимался ведущий фармацевт, профессор Петербургской медико-хирургической академии (с 1881 г. – Военно-медицинской академии) Юлий Карлович Трапп. Образцы продуктов направлялись Траппу главой Придворной медицинской части Министерства Императорского двора. Как правило, исследованию подвергались различные продукты, которые производители присылали на имя императора. Например, в декабре 1877 г. исследованию подверглась горькая водка, присланная на имя императора из Берлина. В заключении Ю.К. Траппа сказано: «Горькая водка, приготовленная берлинским аптекарем Вольтером и присланная… по тщательному исследованию, состоит из: 41 % спирта, воды, сахара и следующих горько-пряных веществ: генцианы, полыни, трифоли, померанцев и т. п. Наркотических веществ в этой водке не заключается. Хотя эта водка имеет пряный вкус, все же она не представляет ничего особенного».
 
   11.011.0
RU Alex 129 #14.12.2017 17:01  @Alex 129#01.11.2017 10:07
+
+4
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

A.1.> Бестселлер 1829 года — роман «Иван Выжигин» Булгарина тиражом 10 тысяч экз.
A.1.> Вообще Булгарин в части тиражей - это Донцова/Маринина той эпохи, всяких пушкиных с гоголями он крыл как бык овцу... :)



И о Булгарине. Своеобразная личность из того времени.

С одной стороны – очень популярный в (1820-40 гг) плодовитый писатель и журналист (книги которого вызвали при его жизни множество подражателей), коммерчески успешный издатель. Издал первый в нашей стране специализированный исторический журнал ("Северный архив"), вместе с Н.Гречем издавал в течении 30 лет (!) первую частную(!) политическую газету ("Северная пчела").
Фаддей Венедиктович один из родоначальников жанра научной фантастики в русской литературе ("Правдоподобные небылицы, или Странствование по свету в двадцать девятом веке", 1824 и "Невероятные небылицы, или Путешествие к средоточию земли", 1825).

Проявлял (до поры до времени) активную гражданскую позицию – хлопотал за находящегося в опале своего друга Грибоедова, прятал архив Рылеева, помогал Лермонтову, поначалу поддержал выступление декабристов, временами писал Николаю I и Бенкендорфу письма с идеями которые им явно не могли понравится (впрочем писал им письма и с идеями которые очень могли понравится властям – например о полезности цензуры).

С другой стороны – имел непростую биографию (поляк по национальности – что само по себе уже было предосудительно в царствование Николая Павловича, начинал службу в русской армии, был выгнан со службы за какие то терки с великим князем Константином, воевал уже в наполеоновской армии, попал в плен), на допросах по делу декабристов не выдал бумаги Рылеева, но при этом сдал Кюхельбекера, по собственной инициативе сотрудничал с органами (вероятно с этим была связана определенная неприкасаемость Булгарина как издателя – 30 лет подряд и в целом беспрепятственно, издавать газету в николаевскую эпоху – это вам не хрен собачий).

И самое главная его проблема – он вынужден был писательствовать в самый расцвет золотого века русской литературы. Да, он был популярен в тот период у публики, но понятно что на фоне литературных титанов николаевской эпохи от Пушкина с Гоголем до начинающих расписываться Достоевского и Толстого он смотрится мягко говоря бледно.
А вот родись он лет эдак на 30-40 пораньше, глядишь экзамены у лицеиста Пушкина принимал бы он, а не Державин.

В некотором роде можно предполагать, что Булгарин в общем осознавал свое реальное место в русской литературе – он правда не предполагал что судьба над ним ухмыльнется так откровенно – но об этом ниже.

Знаковые вещи Булгарина – «Иван Выжигин»:

Ну что сказать, прочитал – вещи описательного характера (например быт и жизнь помещичьей семьи николаевской эпохи, т.е. то чему Булгарин был свидетелем) у него описываются весьма недурно, наблюдательно и неплохим языком – но как только речь заходит о сюжетной линии и нравоучительной части – все, туши фонарь – такая тягомотная косноязычная хрень, как наши предки тогда это читали? (впрочем это от того, что у них не было электричества и телевизора :D ).

А вот эта вещь куда интереснее – фантастика, да еще и о попаданце -"Правдоподобные небылицы, или Странствование по свету в двадцать девятом веке":
:)

Правдоподобные небылицы, или Странствование по свету в ХХIX веке (Булгарин) — Викитека

Не хочу присваивать себе чужого и признаюсь перед читателями, что уже многие прежде меня пускались странствовать на крыльях воображения в будущие века. Известный французский писатель Мерсье и немецкий Юлий фон Фосс особенно отличились в сём роде. Но как область вымысла чрезвычайно обширна и всякому позволено странствовать в ней безданно и беспошлинно, то я вознамерился также перешагнуть (разумеется, в воображении) за 1000 лет вперед и посмотреть, что делают наши потомки. Мерсье и фон Фосс поместили в своих сочинениях много невероятностей, вопреки законам природы, я, напротив того, основываясь на начальных открытиях в науках, предполагаю в будущем одно правдоподобное, хотя в наше время несбыточное. //  Дальше — ru.wikisource.org
 

Конечно не Жюль Верн, но много интересного – навскидку:
- глобальное потепление, севморпуть,
- арабский язык в европах стал популярнее французского …бгг)))
- индустриальное домостроение (панельные дома), стеклянные фасады,
- воздушный транспорт как основное скоростное средство перемещения по планете;
- воздушно-десантные войска, прообраз ПЗРК ))
- акваланг, подводные фермы,
- и т.п. и т.д.
И это напомню 1824 год!
А насчет своего литературного будущего тоже честное предвидение (хотя это может и авторское кокетство):
К большому моему удивлению, я здесь не нашёл сочинений, которым, в наше время, друзья сочинителей предсказывали в журналах бессмертие, а напротив того, увидел книги, о которых мало говорили, а ещё менее читали, занимающие здесь почётные места…
Остались только возвышенность мысли, сила чувствований, глубокое познание всегда неизменного сердца человеческого, просвещённая любовь к родине и великие истины природы; а сладкозвучная поэзия, составленная из одних слов и картин, разбилась, как старые гусли.
Но утешьтесь и вы, почтенные мои собратья, журналисты, милые поэты и лёгкие прозаики, утешьтесь моим собственным уничижением: тщётно я искал моего имени под буквой Б. Увы! я не мог отыскать его под спудом тысячи лет, и все мои статейки, критики и антикритики, над которыми я часто не досыпал ночей, в приятных надеждах на будущее — исчезли!
 


Он правда не предвидел того, что в истории через 200 лет он все таки остался известен как писатель, правда не популярных книжек – а доносов в органы на тех современников по перу, кто в итоге по праву потеснил его на русском литературном Олимпе.
Но тут уж как говорится – береги честь смолоду... ;)
   11.011.0
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

Очень показательный разговор на тему, как Александр I наводил тень на плетень в вопросе престолонаследия. Из упомянутых выше мемуаров графини Эдлинг. Дата разговора примерно после Венского конгресса. Император «по секрету», через болтливую фрейлину делал вброс в общественное мнение.

Суть разговора – на вопрос об отсутствии у Александра сына-наследника, тот делает честные глаза и отвечает, мол есть же брат Константин. Получив ответ, что Константин не пользуется доверием придворных, вяло пытается его защищать – и … тут же соглашается с этим мнением, вдобавок приводя аргумент, что они близкого возраста и нецелесообразно умершего царя менять на царя который тоже скоро помрет.
И делает вброс насчет кандидатуры Николая, причем сопровождая это вполне разумными доводами, что Николай это взрослый сформировавшийся человек (от которого понятно что можно ожидать), а сажать рулить державой гипотетического малолетнего ребенка-наследника нецелесообразно из политических соображений.



«Но Государь, - прибавила я довольно резко, - кому поручите вы после себя исполнение столь высоких намерений?»
- «Я понимаю вас, - отвечал он, - и слышу в словах ваших тот же упрек, который мне столько раз негласно делался и на который я никогда не возражал. С вами я не стану скрытничать. Будем говорить прямо. Вы хотите сказать, что я должен позаботится о наследнике престола; но ведь наследник имеется».
– «Это так, Государь, но поданные Ваши желали бы, чтобы царствование Ваше было продолжаемо Вашим сыном, который походил бы на Вас. Я не скрою от Вас, что великий князь Константин внушает опасения и что я лично не могу не разделять этого чувства, питаемого народной толпой».
Император, казалось, огорчился, но тот час же принял прежний кроткий вид и сказал: «Может быть, к нему не правы; страсти утихают с годами; он уже во многом изменился». Я замолчала, покачала головой и потупила глаза.
«Впрочем, - продолжал Государь, - он почти одних лет со мною, и дело не в нем; ибо, по закону природы, между нашими кончинами не может пройти много времени. Но у меня есть брат Николай. Что вы о нем скажете?»
- «Великий князь Николай подает большие надежды; но он не Ваш сын».
– «Вот еще! Кто вам сказал, что будь у меня сын, он был бы лучше брата Николая? Он уже воспитан, мы его знаем. Во всяком случае, если бы остался после меня ребенок, малолетство его было бы очень опасно для государства. Нет, нет, верьте мне: в этом отношении я не обольщусь, и все к лучшему. Что касается до наших лет, то дружбы и доверия достаточно для счастья жизни. Нам следует позабыть о прошлом, и уверяю вас, мне будет отрадно, если последние дни мои потекут в сладкую вечность в тишине и без страстей».
 
   11.011.0
+
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

Приобрел на днях отличную монографию:
«Третье отделение на страже нравственности и благочиния. Жандармы в борьбе со взятками и пороками. 1826 -1866 гг.» Абакумов О.Ю. М., Центрполиграф, 2017.

О целях и задачах поставленных перед Третьим отделением:

При учреждении в 1826 г. Третьего отделения собственной его императорского величества канцелярии полномочия этого ведомства были определены достаточно широко. К компетенции новой структуры относились «все распоряжения и известия по всем вообще случаям высшей полиции». В указе от 3 июля 1826 г. перечислялись «предметы занятий» отделения, в частности сбор сведений о сектах и раскольниках, фальшивомонетчиках, лицах, находящихся под надзором полиции, статистические данные о «всех без исключениях происшествиях», а также обеспечение «высылки и размещения лиц подозрительных и вредных» и все постановления и распоряжения об иностранцах.
Указанными предметами деятельность политической полиции не ограничивалась. За десятилетия сфера интересов «высшей» полиции («тайной», «политической» полиции, как еще называли Третье отделение) вполне определилась.
Если посмотреть годовой отчет отделения за 1857 г., то в нем можно найти информацию не только о «политических преступлениях», но и о «злоупотреблениях и неприличных действиях служащих лиц», о «противозаконных действиях частных лиц», о наблюдении за иностранцами, прибывшими в Россию, и сведения о раскольниках, фальшивомонетчиках, контрабандистах. Например, раздел отчета «о чрезвычайных происшествиях» включает подразделы «о крестьянском вопросе», «о жестоком обращении», «о буйстве», «о грабежах и разбое», «о похищении казенных сумм», «о похищении и насилии девиц», «об убийствах», «о дуэлях», «о самоубийствах», «о пожарах», «о ярмарках».
Каждый годовой отчет заканчивался, как правило, аналитическим обобщением общественных настроений в стране («Обозрение расположения умов и различных частей государственного управления», «Нравственно-политический отчет», «Политическое обозрение», «Нравственно-политическое обозрение» и т.д.).
Естественно, в годовых отчетах сведения о политической борьбе, событиях общественной жизни, криминальных происшествиях докладывались императору в обобщенном виде, часто даже языком статистики. Лишь самые яркие, показательные эпизоды прорисовывались четким контуром.
В значительной степени Третье отделение осуществляло функции наблюдательной полиции, «всевидящего ока», замечающего и транслирующего во власть информацию о нарушениях, злоупотреблениях помещиков и должностных лиц, притеснениях, произволе, взяточничестве чиновников, казнокрадстве и проч.
С момента учреждения Третьему отделению отводилась роль «центрального штаба по наблюдению за мнением общим и духом народным», поэтому события повседневной жизни россиян не оставались без внимания его чиновников. В сводках, поступавших шефу жандармов, обобщались рапорты губернских жандармских штаб-офицеров и сведения, полученные от собственных агентов и шпионов столичной полиции.
Чиновники Третьего отделения включали в итоговый обзор информацию о значительных событиях и о реакции на них, отмечали наиболее важные или просто забавные новости и слухи, докладывали поступившие жалобы, уточняли, корректировали сообщенные ранее сведения, давали аналитические оценки (иногда весьма эмоциональные) произошедшему. Часто в завуалированном виде, чтобы не раскрывать источники информации, например, как «полученные частным образом», сведения передавались министрам, губернаторам, местным предводителям дворянства, прочим должностным лицам для немедленного принятия мер.
Именно из этих материалов, сохранившихся в фондах Секретного архива Третьего отделения, почерпнуты сведения о происшествиях, проступках, радостных и печальных событиях повседневной жизни россиян 1826–1866 гг. – периода трогательной опеки политической полиции общественной и частной жизни.

Источники, привлеченные для данного исследования, достаточно разнообразны. Наряду с упоминавшимися архивными материалами использовались опубликованные официальные документы (инструкции, жандармские отчеты, записки), а также источники личного происхождения: записки, воспоминания, дневники, письма современников, необходимые для понимания особенностей эпохи и менталитета россиян, выяснения специфики восприятия полицейской опеки, оценки эффективности охранительных мер поддержания порядка.
В этом исследовании отражена не сыскная и репрессивная деятельность Третьего отделения, а показана «воспитательная» роль политической полиции, проанализировано участие «высшей» полиции в нравственном контроле частной и общественной жизни россиян, во внесудебном разрешении семейных и бытовых конфликтов, в формировании и сохранении норм общественной нравственности и порядка.
 
   11.011.0
RU Alex 129 #21.12.2017 13:26  @Alex 129#21.12.2017 13:20
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

A.1.> Приобрел на днях отличную монографию:
A.1.> «Третье отделение на страже нравственности и благочиния. Жандармы в борьбе со взятками и пороками. 1826 -1866 гг.» Абакумов О.Ю. М., Центрполиграф, 2017.

Похрустим?
;)

Материалы ежегодных отчетов Третьего отделения дают обширный материал о злоупотреблениях помещичьей властью. Приведу примеры преступных действий дворян-землевладельцев, связанных с нарушением еще и морально-нравственных норм.
• В случаях, когда о фактах жестокого обращения помещиков с крестьянами становилось известно императору, для расследования на место направлялся губернский штаб-офицер, к следствию привлекался и местный предводитель дворянства, в обязанности которого входило предупреждать злоупотреблений помещичьей властью. Министерство внутренних дел, в свою очередь, требовало от начальников губерний для пресечения таких криминальных действий обращать внимание на помещиков, которые «известны в соседстве жестокостью и развратною жизнью».
• В 1836 г. жандармскому штаб-офицеру поручено было провести в Костромской губернии следствие по жалобе крестьян на помещика Заболоцкого. Майор Алексеев «обнаружил и распутное поведение сего помещика, и жестокость его с крестьянами, коих он довел до столь бедственного положения, что они питались мирским подаянием». По докладу шефа жандармов императору было определено: дело помещика передать на судебное рассмотрение, имение взять в опеку, дворянскому предводителю сделать строгий выговор за невнимание к своей обязанности, а самого помещика с семьей выслать на жительство в Кострому.
• В отчетах за 1843 и 1844 гг. были даже целые разделы, касавшиеся «насилия и похищения девиц».
• Помещика Тверской губернии Лошакова, «насильно растлившего несовершеннолетнюю дочь своего дворового человека Никанорова», велено было судить военным судом, а имение передать наследникам. Однако дело на этом не закончилось. Проводивший следствие штаб-офицер корпуса жандармов Дурново обратил внимание на «пристрастные действия» военно-судной комиссии и ее конфликтные отношения с гражданским начальством. После уведомления о сложившейся ситуации шефом жандармов военного министра дело было передано в вышестояшую инстанцию, свободную от местных влияний.
• В августе 1844 г. императору было доложено об изнасиловании сыном помещика Гулевича 14-летней крестьянской девочки Козачуковой. Николай I написал на докладе: «Отдан ли он под суд?» Генерал-губернатор Бибиков доложил, что «Гулевич не сознался в своем поступке, но обвиняется показаниями Козачуковой, которая действительно лишена девства, и засвидетельствованием лиц, видевших расстройство и слезы ее, немедленно по совершении преступления, при повальном обыске поведение его не одобрено, и потому сделано распоряжение об удалении его из имения в город Сквиру, под надзор полиции, впредь до решения дела судебным порядком».
• Другой случай касался помещика Таврической губернии Нестерова (в архивном деле фамилия помещика Нестроев), который «насильственно растлил двух несовершеннолетних крестьянок своих и одну из них наказывал за несогласие продолжать с ним незаконную связь».
• Таврическому гражданскому губернатору было поручено информировать о ходе следствия. В результате выяснилось, что еще в 1839 г. он «лишил девства» пятнадцатилетнюю дочь крестьянина Нестеренкова Авдотью и имел с нею связь в течение трех лет, а в августе 1843 г. растлил 15-летнюю дочь крестьянина Мазниченка Пелагею, с матерью которой имел связь вскоре после ее замужества, и что «10 декабря, пьянствуя с тремя работниками, заставлял Пелагею и также 15-летнюю Агафью Мамаенкову пить вместе с ними, потом изнасиловал обеих и, наконец, двенадцатилетней Елене Нестеренковой за объявление о том жене его отрезал столовым ножом косу и изранил голову». Кроме того, опрошенные крестьяне дали показания о том, что он привлекал к работам «с женами и детьми ежедневно, часто наказывает без вины и не дает ни продовольствия, ни одежды». Наемные работники не подтвердили показания крестьян. Другие свидетели отмечали, что «Нестроев ведет себя неприлично только изредка, в нетрезвом виде, но в прочем обходится с крестьянами кротко и содержит их хорошо». После непосредственного осмотра поместья было установлено: «Крестьяне найдены действительно в весьма хорошем положении и, по-видимому, угнетаются только развратными поступками владельца».
За поведением помещика был учрежден надзор, а имение его взято в опекунское управление.
• Власть в отдельных случаях демонстрировала настойчивость в доведении дел, связанных с насилием, до конца. В отчетах за 1848 и 1849 гг. указывалось на обвинение волынского помещика Загурского в изнасиловании несовершеннолетней крестьянки Мудраковой, которая впоследствии умерла. Генерал-губернатор Д. Г. Бибиков докладывал государю, что Загурский «хотя не уличен в этом преступлении, но известен с неблаговидной стороны по многим следствиями судебным о нем делам». Высочайшее повеление «непременно дойти до истины» шеф жандармов довел до сведения министра внутренних дел.
• Помещики использовали связи, влияние, угрозы, деньги, чтобы затянуть следствие и избежать ответственности. «Потворство» членов военно-судной комиссии нижегородскому помещику Моисееву, обвиняемому в развратной жизни, буйстве и жестоком обращении с крестьянами, вновь стало основанием для информирования военного министра о необходимости передачи дела в другой суд.
• В 1846 г. следствие в отношении помещика Тамбовской губернии Кошкарова началось с анонимного доноса о его развратном поведении. Проверку сведений начал жандармский штаб-офицер, а после того, как изложенная информация подтвердилась, было начато формальное следствие. Стараясь избежать ответственности, Телегин решил пойти на подкуп и вручил жандарму 1128 руб. серебром, которые штаб-офицер передал тамбовскому губернатору.
• В отчете Третьего отделения за 1846 г. императору сообщалась любопытная статистика: «Посягательств крестьян на жизнь своих владельцев обнаружено в 1846 г. 26, в том числе 10 было безуспешных; управителей убито 6. Из всех убийств 7 совершено женщинами за дурное обращение и принуждение к разврату. Целию прочих убийств и покушений было приобретение свободы, мщение за притеснения и корыстные виды».
• Пример такой бытовой мести: в 1847 г. дворовые люди помещика Тульской губернии Шкурки покушались на его жизнь. Поводом послужило жестокое наказание их владельцем, «из ревности к 4 крестьянским девкам, с которыми он имел связи и прижил одиннадцать детей». Примечательно, что дело Шкурки было передано на рассмотрение тульского дворянского собрания, а имение взято в опеку.
 
   11.011.0
RU Alex 129 #21.12.2017 13:37  @Alex 129#21.12.2017 13:26
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

A.1.> Похрустим?


продолжение:
(резвились как могли :p )
• МВД вело свое производство по делам, связанным с злоупотреблениями помещичьей властью. Аналитические размышления чиновников этого ведомства не менее интересны. В отчете министра за 1844 г. приводились данные, согласно которым за год было убито 7 помещиков, покушались на жизнь – 6, «избили жестоко» – 1. По результатам следственных действий, проведенных жандармскими штаб-офицерами совместно с губернскими предводителями дворянства, «жестокого обращения помещиков с крестьянами не обнаружено». Как утверждал министр: «Преступления сии свершались более от безнравственности и невежества преступников, из коих многие при следствиях показали, что были довольны своими помещиками и совершали над ними злодеяния, или по запальчивости в нетрезвом виде, или из мщения за удержание их от пороков. Другие же, тяготясь бдительным только надзором владельцев за работами, желали в чем-либо избавиться от того, а иные из ревности к своим женам, хотя по следствиям подозрения их также не подтвердились».
• Тенденция, видимо, была отмечена верно. В отчетах Третьего отделения есть и такие примеры. «В Полтаве четыре дворовые девки, принадлежащие жене майора Белевцова, желая освободиться от урочных работ, покушались задушить свою госпожу, но не допущены к тому. По исследованию местным предводителем дворянства оказалось, что Белевцова обращалась с людьми своими не жестоко и что покушение на жизнь ее произошло от дурной нравственности виновных», – сообщалось в отчете за 1850 г. В том же году, во время осмотра полевых работ был убит и затоптан в грязь тамбовский помещик Артемьев. В ходе следствия подполковник корпуса жандармов Горский выяснил, что «крестьянин Артемьева Морозов, боясь отдачи его в рекруты за дурное поведение, склонил на убийство другого крестьянина, который имел связь с сестрою Морозова и озлоблен был на помещика за отказ отдать ее за него замуж».
• 21 марта 1848 г. император, принимая депутатов петербургского дворянского собрания, не преминул затронуть вопрос о помещичьем произволе: «[…] я должен сказать с прискорбием, что у нас весьма мало хороших и попечительных помещиков, много посредственных и еще более худых, а при духе времени, кроме предписаний совести и закона, вы должны для собственного своего интереса заботиться о благосостоянии вверенных вам людей и стараться всеми силами снискать их любовь и уважение. Ежели окажется среди вас помещик безнравственный или жестокий, вы обязаны предать его силе закона». Выше уже отмечалась, что к следствию по случаям злоупотребления помещичьей властью наряду с жандармскими штаб-офицерами привлекались местные предводители дворянства, недостаточный контроль за поведением дворян мог стать основанием для привлечения их к ответственности. Но это не меняло ситуацию и не устраняло помещичий деспотизм…
• По мнению В. И. Сафоновича, хорошо знавшего провинциальное дворянство, у предводителей «главным принципом их действий была защита дворян во всех случаях, когда возникали жалобы на притеснения крестьян или другие неблагонамеренные поступки, которые подвергали их опеке». Кроме того, по признанию сенатора К. Н. Лебедева, «почти все дела о злоупотреблениях помещичьей власти и об убийствах от побоев сопровождались чрезвычайной медленностью». В качестве примера он отмечал, что только в 1855 г. в Сенате были решены дела о помещиках Госсе и Белецком, судимых за жестокое обращение с крестьянами – первого с 1836, а второго – с 1831 г.
• От буйства дворян-землевладельцев страдали не только крестьяне, но и жены, и дети помещиков. В 1850 г. супруга помещика Симбирской губернии Каловского жаловалась на «дурное обращение мужа ее с нею и крестьянами». Следствие показало, что глава семьи, «удалив жену от себя, имел связь с двумя крестьянками, наказывал безвинно людей своих и ссорился беспрерывно с своими сыновьями».
• Иные действия дворян-помещиков вызывают вопрос об их психической адекватности: «Помещик Псковской губернии Львов, не успев склонить крестьянку брата своего на блудную связь, приказал раздеть ее и случить с собакой, потом наказал ее розгами и, окутав в изорванное покрывало, издевался над нею. Муж этой женщины несколько раз намерен был ворваться в комнаты с ножом, но прислуга его к тому не допустила» (1859).
• Насилие помещиков по отношению к своим крепостным носило не разовый характер, видимо, системность подобной практики и позволяла говорить о деревенских гаремах. Вот лишь несколько примеров бесчинств, о которых докладывали императору. Помещик Смоленской губернии капитан Курлевич «при нетрезвой жизни, довел крестьян своих до крайней бедности и насиловал жен их и дочерей» (1851). Казанский помещик Бутлеров «насиловал крестьянских дочерей и за несогласие на то жестоко наказывал родителей их» (1851).
• Пензенский помещик Габбе организовал целую банду, которая бесчинствовала в округе при небескорыстном попустительстве исправника и станового пристава: «Габбе завел у себя толпу охотников и в сообществе с ними разбивал питейные дома, насиловал крестьянских девок и подвергал матерей их за сопротивление разным истязаниям». Жена попыталась взять его на поруки («с отобранием от него подписки, что он исправится в своем поведении»), однако он продолжал буйствовать и был отправлен на жительство в Пензу под надзор жандармов.
• Помещик Рязанской губернии отставной унтер-офицер Веселкин «вел жизнь нетрезвую и буйную, собирал к себе крестьян, напаивал их водкою до бесчувствия и насиловал жен их; когда же последние уклонялись от подобных сборищ или не приводили по его требованию своих дочерей, то он жестоко их наказывал» (1859).
• В Тамбовской губернии в декабре 1859 г. был убит помещик Карачинский. Четыре крестьянина, сознавшиеся в преступлении, в качестве одной из причин убийства назвали «вынужденную связь помещика с женами их и всегдашнее насилование их дочерей. Одна из последних объявила, что она, ее мать и даже бабка были лишены девства Карачинским».
• Выявленные случаи позволяли рассчитывать на законное возмездие, но сколько случаев насилия осталось в тайне деревенской глуши, скрыто за массивными дверями дворянских усадеб? А. И. Кошелев рассказывал в «Записках» историю молодого помещика С., «страстного охотника до женского пола и особенно до свеженьких девушек»: «Он иначе не позволял свадьбы, как по личном фактическом испытании достоинств невесты. Родители одной девушки не согласились на это условие. Он приказал привести к себе и девушку, и ее родителей; приковал последних к стене и при них изнасильничал их дочь».
По свидетельству мемуариста, об этом деле говорил весь уезд, но помещику все сошло с рук. В письме петрашевца А. П. Плещеева к С. Ф. Дурову от 26 марта 1849 г., вероятно, говорится об этом же случае (один из московских дворян «завел у себя в деревне гарем и снасильничал одну девушку в глазах ее отца и матери»). Он назвал фамилию помещика – Смирнов. В его версии – помещик понес наказание: московский генерал-губернатор «хорошо поступил, хоть и нарушил права, то есть наказал без суда, непосредственно, отпустив тотчас же на волю весь гарем и отдав барина под строжайший надзор полиции».
• А. Н. Вульф оставил воспоминание об одном из своих родственников, который, расстроив свое состояние жизнью в Санкт-Петербурге, перебрался в деревню, «оставил жену и завел из крепостных девок гарем, в котором и прижил дюжину детей, оставив попечение о законных – своей жене».
О распространенности подобной практики косвенно свидетельствовал и А. В. Дружинин, считавший себя хорошим помещиком: «В деревне мужики могут поставить мне монумент: не трогал я и не трогаю их жен и дочерей, отчасти из принципа, отчасти по отсутствию искушения».
• Безнаказанную сексуальную практику помещиков копировали и управляющие имениями. В 1854 г. крестьяне тверской помещицы Бабинской жаловались на жестокие и безнравственные поступки управляющего имением дворового человека Васильева. Губернский секретарь Витвицкий, управляющий имением князя Кочубея в Саратовской губернии, был обвинен в жестоком обращении с крестьянами и в насилии над их дочерьми. Однако следствие показало, что «ни одна из них не подвергалась насилию Витвицкого, но что принуждал их к связи с ним усиленными работами и притеснениями их семейств и таким образом успел развратить 22 девушки».
• Задача ограничения власти помещика над личностью крестьянина, недопущения произвольного насилия, унижающего и оскорбляющего человеческое достоинство, разрешилась с отменой крепостного права. В последние годы крепостничества Третье отделение пыталось выявлять и доводить до законного решения случаи жестокости, жандармские офицеры проверяли анонимные доносы, циркулировавшие слухи о фактах насилия и угнетения крестьян, пытались контролировать разыскные действия и следить за судебными процессами, но победить системное зло было невозможно, его можно было только сдерживать.
 
   11.011.0

PSS

литератор
★★
A.1.> Приобрел на днях отличную монографию:
A.1.> «Третье отделение на страже нравственности и благочиния. Жандармы в борьбе со взятками и пороками. 1826 -1866 гг.» Абакумов О.Ю. М., Центрполиграф, 2017.

A.1.>Именно из этих материалов, сохранившихся в фондах Секретного архива Третьего отделения, почерпнуты сведения о происшествиях, проступках, радостных и печальных событиях повседневной жизни россиян 1826–1866 гг. – периода трогательной опеки политической полиции общественной и частной жизни.[/quote]

А где сейчас этот архив? Упомянули?

Больше всего интересно, как вот это направление работы выполнялась

A.1.>При учреждении в 1826 г. Третьего отделения собственной его императорского величества канцелярии полномочия этого ведомства были определены достаточно широко. К компетенции новой структуры относились «все распоряжения и известия по всем вообще случаям высшей полиции». В указе от 3 июля 1826 г. перечислялись «предметы занятий» отделения, в частности сбор сведений о сектах и раскольниках

Просто видел такую работу об одной полностью деструктивной секте

Дефицит священников в среде старообрядцев привел к образованию первой серьезной ереси. От них отделилась довольно многочисленная группа т. н. "беспоповцев".
...
В течение сравнительно короткого времени - менее чем за сто лет - от "беспоповцев" отпочковались три крупные сектантские ветви, настроенные резко враждебно по отношению к Русской Православной Церкви и Самодержавной власти в России. Это были секты "бегунов", "хлыстов" и "скопцов". Существовало и еще одно крайне непримиримое и изуверское по отношению к своим адептам течение - т. н. "самосожженцев" - которое предписывало последователям кончать свою жизнь в огне, но "самосожженцев" было сравнительно немного.
Скопческое течение в ряду прочих сектантских уклонов стоит совершеннейшим особняком. Эту особенность необходимо подчеркнуть, поскольку она напрямую связана с характером совершенных скопцами преступлений. Идеология скопчества восходит к Евангелию от Матфея, в котором сказано о "скопцах для Царства небесного" (гл.19, стих 12). Скопцы осуществляли кастрацию членов своих общин как мужского, так и женского пола с целью сделать людей неспособными к продолжению рода и подавить половое влечение. Понятно, что кастрация делала невозможным увеличение численности общин за счет притока молодежи из семей прихожан (дети эти просто не рождались).
...
Первое расследование деятельности скопческой секты (расследование 1772 г.) : Впервые государственная власть столкнулась со скопцами в 1772 г. Произошло это по причине довольно нетривиальной : жена некоего Трифона Емельянова сообщила священнику деревни Маслово Орловской губернии о том, что мужа ее забрали в рекруты незаконно, потому лишь, что он узнал тайну еретиков, "скопивших себя сами". Еретики, отправив Емельянова служить в армию, избавились т. о. от опасного свидетеля. Сказанное звучало странно, но поскольку женщина называла священнику фамилии трех оскопившихся односельчан, тот написал рапорт в Святейший Синод, в котором передал услышанное.
...
Промежуток времени с начала 19-го столетия и вплоть до 1820 г. сами скопцы называли "золотым веком". В это время произошел стремительный рост численности секты, ее благосостояния, окончательно оформилось скопческое учение (правильнее, видимо, называть это мифологией).
Почувствовав, что уголовная палата явно склоняется на сторону доносчика, купец Ненастьев решился на шаг неожиданный и смелый. Он принес на имя Императора Александра Первого жалобу на действия уголовной палаты, в которой признавал собственное исповедание скопческого закона и указывал на стремление чиновников получить от него взятку для закрытия дела.
...
Император - человек по-настоящему милосердный и внимательный к людям - принял неожиданное участие в судьбе столичных скопцов. В 1810 г. появилось его повеление министру юстиции Ивану Ивановичу Дмитриеву, которое фактически предписывало оставить сектантов в покое. "Поелику оное (общество) состоит из людей трудолюбивых, тихих и спокойных, то и есть монаршее соизволение, дабы никакого стеснения и преследования делаемо оному не было."- так дословно звучало устное распоряжение Государя.
Дабы обеспечить неукоснительное соблюдение воли Императора министр повелел составить список членов столичной скопческой общины. Можно не сомневаться, что документ этот был достаточно полон : скопцы, прекрасно понимая, что монаршее распоряжение явится для них своеобразной "индульгенцией", поспешили сами заявить о себе. Благодаря этому ныне можно с большой точностью судить о том, из кого же состояло скопческое движение начала 19-го столетия.
"Скопческий корабль" Санкт-Петербурга имел численность 110 человек , из них купцами 2-й гильдии были 3 чел., 3-й гильдии - 17 чел., мещан и иногородних - 35 чел., однодворцев - 3 чел., крестьян государственных и господских - 36 чел., вольноотпущенных - 4 чел., разночинцев - 12 чел. Из 110 чел. 75 утверждали, что были кастрированы еще в 18-м столетии, 35 - в период 1801-06 гг. Самому младшему из скопцов Андрею Иванову было 14 лет, он утверждал, что был изувечен в малолетстве в результате несчастного случая.
 

Murders

Новый, свежий сайт о загадочных преступлениях прошлых лет!!!!Фотоархив!!!! //  murders.ru
 
   44
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

PSS> А где сейчас этот архив?

Автор дает ссылки на ГАРФ.
   11.011.0
+
+1
-
edit
 

PSS

литератор
★★
PSS>> А где сейчас этот архив?
A.1.> Автор дает ссылки на ГАРФ.

Ага. Нашел

ф.109. ТРЕТЬЕ ОТДЕЛЕНИЕ СОБСТВЕННОЙ ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА КАНЦЕЛЯРИИ.
   44
+
+2
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

К дискуссии о вживании попаданцев в тогдашнее общество, в РИ 19 века даже правильно раскланиваться (целая наука между прочим) надо было уметь, чтобы не выглядеть белой вороной, были некие реперные точки в знании языков и разговорных выражений и т.п.

Взято у корифея отечественной пушкинистики, советского литературоведа Ю.М. Лотмана, его классический труд «Роман А.С.Пушкина «Евгений Онегин»: комментарии» (ссылок не даю, издание еще лохматых советских лет, гуглится в инете, в свободном доступе):

Искусство непринужденных поклонов вырабатывалось в результате длительного обучения. Танцмейстер Л. Петровский в специальной главе о поклонах писал: «При появлении в общество незнакомца, прежде, нежели узнают о его достоинстве, обращают внимание на вид его и движения. — Как в походке, так и в поклонах — разные способы … человек благовоспитанный сам знает, где и какой поклон сделать должно. От тех, которые никогда не обращали внимания, как прилично ходить, сидеть, кланяться, ничего приятного ожидать нельзя» (Правила для благородных общественных танцев, изданные учителем танцеванья при Слободско-украинской гимназии Людвиком Петровским. Харьков, 1825. с. 25—26).
Далее Петровский обращает внимание на непринужденность, как основное условие светского поклона. Он осуждает и раболепие («Иные людям кланяются ниже, нежели самому Богу...»), и щегольскую утрировку поклонов («поклоны, выходящие из меры естественности » — там же. с. 27). «Натуральный» поклон он определяет так: «Если бы спросили меня, чем должно людям кланяться — спиною, грудью или корпусом? — отвечал бы: должно кланяться головою — это есть честь, которою обязаны старшим, равным и низшим; самая же разность сей чести или уважения покажет и оттенки поклона... Мужскому полу, держа себя прямо, поступить сколько нужно вперед, стать в первой позиции, наклонить голову на грудь, сгибая очень мало корпус, опустить свободно руки и, приняв прямое положение, стать или пойти далее, смотря по надобностям» (там же. с. 27—28).
Этому же вопросу уделяют большое внимание и другие наставники в области танцев: »Надобно примечать, что при входе производится три поклона один после другого... Надлежит примечать также, что при входе в зал, в котором находится великое собрание, не должно отдавать поклона каждой особе порознь... Дошедши ж к своему месту, прежде нежели сядешь, следует поклониться особам, кои подле случатся» (И. Кусков Танцевальный учитель... СПб., 1794. с. 5—6).
;)
Длительные тренировки под руководством профессиональных специалистов вырабатывали в воспитанном дворянине умение свободно владеть своим телом, культуру жеста и позы, умение непринужденно чувствовать себя в любой ситуации. Разночинец не был посвящен в тайны искусства свободно выражать движением и позой оттенки душевного состояния, поэтому, попадая в светское общество, чувствовал себя «без языка», преувеличенно неловким.
Сравнить поведение Мышкина (хоть и князя, но не аристократа) в салоне Епанчиных или рассказы современников о застенчивости и неловкости Белинского (например, рассказ Герцена о том, как Белинский от застенчивости перевернул на вечере у В. Одоевского столик и бутылку бордо на белые панталоны Жуковского) («Былое и думы», ч. 4, гл. XXV).
 
   11.011.0
Это сообщение редактировалось 11.01.2018 в 11:08
RU Alex 129 #11.01.2018 11:20  @Alex 129#11.01.2018 11:00
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

A.1.> Взято у корифея отечественной пушкинистики, советского литературоведа Ю.М. Лотмана, его классический труд «Роман А.С.Пушкина «Евгений Онегин»: комментарии» (ссылок не даю, издание еще лохматых советских лет, гуглится в инете, в свободном доступе):


"Он по-французски совершенно... И кланялся непринужденно..."
— Перечислены признаки, по которым светская элита отграничивала людей своего круга от «чужих». Сравнить в повести Л. Н. Толстого «Юность»: «Мое comme il faut состояло, первое и главное, в отличном французском языке и особенно в выговоре. Человек, дурно выговаривавший по-французски, тотчас же возбуждал во мне чувство ненависти. „Для чего же ты хочешь говорить, как мы, когда не умеешь?“ — с ядовитой насмешкой спрашивал я его мысленно. Второе условие comme il faut были ногти, длинные, отчищенные и чистые; третье было уменье кланяться, танцевать и разговаривать; четвертое, и очень важное, было равнодушие ко всему и постоянное выражение некоторой изящной, презрительной скуки» (гл. «Comme il faut»). Интересно полное совпадение неписанного кодекса светского поведения у Толстого и у Пушкина.

Значение французского языка как своеобразного социального пароля ясно чувствовал происходивший из крепостных А. В. Никитенко: «...знание французского языка служит как бы пропускным листом для входа в гостиную „хорошего тона“. Он часто решает о вас мнение целого общества» (Никитенко А. В. Дневник. В 3т. М., 1955. т. 1. с. 11).

Показательно, что тот же Л. Н. Толстой, саркастически изобразивший нормы comme il faut, заставил в «Войне и мире» разночинца и семинариста Сперанского «с очевидным затруднением» выговаривать по-французски, «говоря еще медленнее, чем по-русски» (т. 2, ч. III, гл. 5). Это тем более любопытно, что французский язык реального Сперанского был безукоризнен. Лично знавший его И. И. Дмитриев отмечал, что он мог «говорить и писать по-французски бегло и правильно, как на отечественном языке».
 


И:

"Латынь из моды вышла ныне... Из Энеиды два стиха."
— Знание латыни, обычное в среде воспитанников духовных семинарий, не входило в круг светского дворянского образования. Однако еще Радищев подчеркнул значение латинского языка для воспитания гражданских чувств: «Солнце, восходя на освещение трудов земнородных, нередко заставало его [Ф. Ушакова], беседующего с римлянами. Наиболее всего привлекала его в латинском языке сила выражений. Исполненные духа вольности сии властители Царей упругость своея души изъявили в своем речении. Не льстец Августов и не лизорук Меценатов прельщали его, но Цицерон, гремящий против Катилины, и колкий Сатирик, не щадящий Нерона» (Радищев А. Н. Полн. собр. соч. М.; Л., 1938. т.1. с.179).
{!}
Латынь для разночинной интеллигенции XVIII — начала XIX в. была таким же языком-паролем, как французский для дворянства.
От Ломоносова, кричавшего в Академии одному из своих противников: «Ты де што за человек <...> говори со мною по латыне» (раз не можешь {говорить на латыни}— значит не ученый!), до Надеждина, уснащавшего свои статьи эпиграфами и цитатами на античных языках с целью изъять литературную критику из сферы дворянского дилетантизма, протянулась единая нить ранней русской разночинской культуры.


Известен факт создания в последней трети XVIII в. чиновниками И. К. Стрелевским и И. Н. Буйдой антиправительственной прокламации на латыни.
Однако определенное распространение латинский язык получил и среди дворян, стремившихся к серьезному образованию. Так, А. С. Кайсаров, приехав в начале XIX в. в Геттинген, прежде всего засел за латынь, а в 1806 г. уже написал и защищал на латинском языке диссертацию «О необходимости освобождения рабов в России». Мода на воспитателей-иезуитов в начале 1800-х гг. также способствовала тому, что латынь стала включаться в круг знаний, необходимых дворянину. Онегин, учившийся под руководством аббата-католика, конечно, должен был бы при минимальном усердии основательно усвоить латынь. Характеристики: «Не мог он Тацита <читать>», «не мог он tabula спрягать» (VI, 219) имеют иронический характер.
С закрытием иезуитских пансионов в 1815 г. латынь выпала из круга «светского» образования («из моды вышла ныне»).

К 1820-м гг. знание латыни стало восприниматься как свидетельство «серьезного» образования в отличие от «светского».

Знание латинского языка было распространено среди декабристов. Пушкин «хорошо учился латинскому языку в Лицее» (Покровский М.М. Пушкин и античность // Временник, 4—5. с. 28) и позже читал в подлиннике даже сравнительно малоизвестных латинских авторов (см.: Амусин И.Д. Пушкин и Тацит // Временник, 6. с. 160—180).

Латинским языком владели Якушкин, М. Орлов, Корнилович, Дмитриев-Мамонов, Батеньков, Н. Муравьев, Н. Тургенев и многие другие.
По контрасту показательна характеристика В.А. Мухановым плохой подготовки Николая I: «Что же касается до наук политических, о них и не упоминалось при воспитании императора <...> Покойный государь уже после брака своего занялся языками немецким и английским. С врачами иногда употреблял он несколько слов латинских, например: commode, vale и другие. Когда решено было, что он будет царствовать, государь сам устрашился своего неведения» (Русский архив. 1897. № 5. с. 89—90).
Знаменательно совпадение ничтожных крох латинской лексики, которые Пушкин вкладывает в уста своего героя, а мемуарист — Николая I.
 
   11.011.0
RU Alex 129 #11.01.2018 12:20  @Alex 129#11.01.2018 11:00
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

A.1.> К дискуссии о вживании попаданцев в тогдашнее общество, в РИ 19 века даже правильно раскланиваться (целая наука между прочим) надо было уметь, чтобы не выглядеть белой вороной, были некие реперные точки в знании языков и разговорных выражений и т.п.


Великолепный момент - два современника не сразу друг друга поняли, а уж попаданец влип бы точно :) .

P.S. Ну и великого князя Константина по своему характеризует... :D

— "Там некогда гулял и я..."
— Глагол «гулять» был двусмысленным. Сравнить эпизод из воспоминаний В.Ф. Раевского (разговор с цесаревичем Константином в Тираспольской крепости):

«— Позвольте, Ваше высочество, просить Вас еще милости.

Цесаревич: Какой?

Я: Гулять в крепости!

Цесаревич: Нет, майор, этого невозможно! Когда оправдаетесь, довольно будет времени погулять; а теперь пишите, оправдывайтесь, а гулять — после, когда освободитесь.

Я увидел, что князь не так понял, и прибавил:

— Ваше высочество, хотя здесь лучше, нежели в крепости Петропавловской, но душно, без всякого движения, я опять могу заболеть <...> в Петропавловской нас водили гулять в сад по крепостному валу по очереди...

— Да! Да! — подхватил цесаревич. — Вы хотите прогуливаться на воздухе для здоровья, а я думал погулять, т. е. попировать» (Лит. наследство. М., 1956. т. 60. Кн. 1. с. 100—101).
 
   11.011.0
+
+2
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

Читая книжку А.Вульфова - обьем грузоперевозок по ж.д. для обеспечения действующей армии за время войны 1877-78 гг. составил 600 тысяч вагонов.

Напомню что русско-турецкую войну 1877-78 гг от Крымской отделяло всего двадцать лет, примерно тот же ТВД.
Т.е. даже не вдаваясь в дипломатическую и военную составляющую, Крымская война была проиграна чисто по логистике. В принципе это и так понятно - но с цифрой нагляднее... :p
   11.011.0
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

ИА REGNUM публикует электронную версию книги «Крымская война. Популярный очерк» кандидата исторических наук доцента МГУ Олега Айрапетова.
 



Небольшая книга в 200 страниц, посвященная внешнеполитической и дипломатической ситуации перед и во время Крымской войны. В принципе каких то особых откровений там нет, но работа полезна как конспект, где автор конкретно по делу, компактно - без лишней воды освещает вышеуказанный вопрос - очень удобно, все как говорится в одном месте, под рукой.
Ссылка для скачивания:

Крымская война: тяжелейшее поражение России в XIX веке

Книга Олега Айрапетова «Крымская война. Популярный очерк».   ИА REGNUM публикует электронную версию книги «Крымская война. Популярный очерк» кандидата исторических наук доцента МГУ Олега Айрапетова. Книга доступна для скачивания по постоянной ссылке. Большой интерес, представляемый актуальностью темы Крыма для политической ситуации в... //  regnum.ru
 
   11.011.0
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

Попалось:
:)
Из письма Пушкина от 2 февраля 1830 г. К.А. Собаньской:
«Среди моих мрачных сожалений меня прельщает и оживляет одна лишь мысль о том, что когда-нибудь у меня будет клочок земли в Крыму.»
 
   11.011.0
RU Alex 129 #22.03.2018 11:06  @Alex 129#31.10.2017 12:40
+
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

A.1.> P.S. Как известно сразу после дуэли и гибели Пушкина публика на волне скандала и слухов бросилась в книжные магазины раскупать его книжки – но вряд ли конечно сам Пушкин мечтал о такого рода популярности…


О Пушкине, как о первом профессиональном поэте и писателе в России.
Классический труд Ю.М.Лотмана "А.С.Пушкин. Биография писателя".
;)

Юрий Михайлович Лотман "Пушкин"

     В книге впервые собраны все работы Ю М. Лотмана, посвященные жизни и творчеству великого русского поэта. Том состоит из четырех разделов, первый — биография А. С. Пушкина; второй — статьи и исследования, третий — заметки, рецензии и выступления, посвященные творчеству поэта, четвертый раздел полностью посвящен роману «Евгений Онегин», сюда вошел и знаменитый лотмановский «Комментарий» к бессмертному творению поэта.Вступительная статья известного филолога Б. Ф. Егорова, которого долгие годы связывала с Ю. //  Дальше — lib.informaxinc.ru
 
Пушкин остро нуждался в деньгах: при незначительной должности жалование было ничтожно, отец практически в материальной помощи отказал (даже такая комическая поддержка, как присылка в Кишинев старых отцовских фраков, вызывала длительную переписку). Между тем обнаружилось, что при популярности поэзии Пушкина и быстром росте читательского спроса на нее издания могут приносить хорошие гонорары.
.
Однако на этом пути было много препятствий: отсутствие в России каких-либо законов, ограждающих права автора и регулировавших юридическую сторону изданий, ссылка Пушкина, вынуждавшая его прибегать к помощи посредников — неумелых, незаинтересованных, а иногда и недостаточно добросовестных.
.
Однако основным препятствием было другое: в русской литературе господствовало представление о том, что поэзия — подарок богов, а не труд и получать за нее денежное вознаграждение унизительно для поэта. Тем более несовместимыми казались денежные заботы с позицией романтического изгнанника, которому, согласно поэтическим штампам, приличествовала гордая бедность.
Обстоятельства жизни заставляли Пушкина почувствовать себя профессиональным литератором, в противоречии с романтическим представлением о поэте как «ленивце праздном».

Борьба за права литератора предстояла жестокая и длительная, прежде чем Пушкин в конце концов ее выиграл, заложив основы профессиональной литературы и авторского права в России.
.
Первая поэма Пушкина вышла, когда он уже был на юге. Она разошлась с огромным материальным успехом. «Московский телеграф» позже писал: «Руслан и Людмила» <…> явилась в 1820 году. Тогда же она была вся раскуплена, и давно не было экземпляров ее в продаже. Охотники платили по 25 руб. и принуждены были списывать ее». Однако из весьма значительной выручки Пушкин не получил почти ничего. Львиная доля досталась издателю Н. И. Гнедичу. Некоторые исследователи склонны упрекать Гнедича в недобросовестности. Однако по представлениям той эпохи Гнедич не сделал ничего предосудительного. Понятия литературной собственности тогда не существовало, и издатель любой поэтической антологии спокойно клал в карман деньги за стихотворения не только мертвых, но и живых поэтов. Издательский труд считался «низким» и подлежащим денежной компенсации, поэзия же могла бы быть гонораром лишь унижена.
.
Характерно, что в журналах XVIII в. переводчикам платили гонорары, поэт же обиделся бы, если ему предложили бы деньги («не продается вдохновенье»). Тот же Гнедич, издавая произведения своего друга Батюшкова, из 15000 рублей, которые принесло издание, выплатил автору лишь 2 000, а остальные взял себе. Никому не пришло в голову упрекнуть его.
.
Пушкин, однако, чувствовал себя литератором нового типа и не хотел мириться с любительством и не профессиональностью в издательских делах. В письме Гречу от 21 сентября 1821 г., предлагая свою вторую поэму, «Кавказский пленник» (в обход Гнедича, который очень обиделся), он писал, иронически подчеркивая деловой характер отношений «поэт — издатель»: «Хотел было я прислать вам отрывок из моего Кавказского Пленника, да лень переписывать; хотите ли вы у меня купить весь кусок поэмы? длиною в 800 стихов; стих шириною — 4 стопы; разрезано на 2 песни. Дешево отдам, чтоб товар не залежался».
Гнедич сумел отстранить других возможных издателей (можно предположить, что им руководило не корыстолюбие, а честолюбивое желание выступать в роли покровителя и издателя Пушкина), и вторая поэма снова доставила автору 500 рублей гонорара, а издателю, видимо, около 5 000 рублей. Однако в конечном итоге Пушкин восторжествовал.
.
С помощью своего друга П. А. Вяземского, который выступил как издатель третьей поэмы — «Бахчисарайский фонтан», Пушкин добился исключительно высокого по тем временам авторского гонорара. Русские журналы, охваченные полемикой о романтизме, вызванной этой поэмой Пушкина и предисловием к ней Вяземского, одновременно особо отметили гонорарную сторону как начало «европейского» отношения к поэзии в России.
 
   11.011.0

Fakir

BlueSkyDreamer
★★★★☆
После смерти Екатерины ее «Записки» моментально попали в разряд "диссидентской литературы". Екатерина оставила их Павлу в запечатанном конверте

Николай I Екатерину не любил откровенно, считал, что она «позорит род», пытался конфисковать все списки мемуаров, а в своей семье категорически запрещал читать их. Однако один из экземпляров попал за границу, и Герцен, издававший в Лондоне журнал «Колокол», «Записки» напечатал в 1859 г. Сначала - отрывки, а потом выпустил отдельное издание.

В российской империи «Записки» сразу же попали в список запрещенной, крамольной литературы. Российские дипломаты по всей Европе бросились скупать и уничтожать тиражи - а Герцен выпускал все новые «допечатки». Александр II прочитал «Записки» с большим интересом - но подданным категорически запретил. Этот запрет в 1891 г. подтвердил Александр III. Только после 1905 г. «Записки» легальным образом вышли в России - но все же с изъятиями, даже из 12-го тома академического собрания сочинений Екатерины некоторые куски все же выбросили.
 
   51.051.0
+
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★

Краткая биографическая статья о Сперанском - первая (из серьезных) и неудавшаяся попытка реформировать империю.
"Муж ума государственного"© - к сожалению редкость для России, особенно на крутых поворотах истории...
:p
Михаил Сперанский вошел в российскую историю как человек, который пытался по монаршему соизволению составить для России конституцию, сменить форму правления, и был на этом пути царём предан.


Один из ярчайших государственных умов за всю историю России, Сперанский родился 1 января 1772 года в селе Черкутино Владимирской губернии, в семье церковного причетника. С детских лет пономарил в церкви. Много лет спустя, уже достигнув высоких чинов, Сперанский не забывал о своем происхождении и гордился им, и даже став вторым лицом в государстве, оставался аскетом и не тянулся к роскоши.

В возрасте восьми лет он был устроен во Владимирскую семинарию, при вступлении поразив экзаменаторов своими знаниями и способностями настолько, что ему изменили фамилию: вместо урожденного Васильева он стал Сперанским — буквально «подающим надежды» (лат.). Блестящие таланты раскрылись во время семинарской учебы: он обожал учиться, а его размышления показывали самостоятельность и твердость характера.

Неудивительно, что такому уму было тесно в провинциальной семинарии, и Сперанский как лучший ученик был переведен в Славяно-греко-латинскую семинарию при Александро-Невском монастыре Петербурга (впоследствии ставшую Духовной академией). Программа подготовки была рассчитана на обучение церковной элиты, и наряду с традиционными семинарскими дисциплинами обязательным было изучение математики, опытной физики, истории и новейших философских веяний европейского Просвещения. В последнюю он буквально влюбился, можно даже сказать, что именно эта философия, по-новому ставившая вопрос о власти, государстве, благе человека — и стала путеводной звездой для Сперанского. Она же во многом стала причиной сперва его возвышения, а потом опалы.

В возрасте 20 лет он получил приглашение митрополита Гавриила остаться в стенах семинарии для преподавания естественно-научных дисциплин. Три года подвизаясь на этом поприще, он параллельно преподавал математику, физику, красноречие и философию, а после работы писал стихи, план будущего романа, заметки по философским проблемам. Учителем он, впрочем, оставался недолго: уже через три года начался первый этап его государственной службы, самый фантастический и блистательный.


В 1795 году Сперанский стал личным секретарем князя Куракина, который через год, при воцарении Павла I, получил должность генерал-прокурора, то есть главы правительствующего Сената, и пригласил Сперанского служить в своей канцелярии, сделав практически секретарем главы правительства. Митрополит не хотел его отпускать, прочил ему великолепную церковную карьеру, предлагал принять монашество и начать готовиться на архиерея. Однако церковная карьера его не привлекала, но вот гражданская развивалась с невероятной стремительностью. Те карьерные шаги, которые у обычного чиновника, пусть даже дворянина, занимали долгие годы, он пролетал в считанные месяцы, двигаясь буквально как ракета. Всего за несколько лет он стал статским советником — практически генералом, если сравнивать с чинами военными. Он оказался нужен во всех государственных делах, его рвали на части.

Всё это происходило в годы правления Павла I, государя, прославившегося своей оригинальностью и повышенным вниманием к собственным идеям, но и ему удалось разглядеть невероятное возвышение гениального служащего. В 1798 году Сперанский был назначен герольдом ордена святого апостола Андрея Первозванного — высшего ордена Российской Империи. Через год он стал правителем канцелярии и комиссии по снабжению резиденции припасами, то есть руководил всем снабжением в столице, контролем цен и благоустройством. Тогда же Сперанский лично познакомился с цесаревичем — будущим Александром I, который и взошел на престол в марте 1801 года.

Будучи нацелен на реформы, Александр I представлял их себе как следование европейским веяниям. Однако и произошедшая незадолго до его коронации Великая французская революция не могла не встревожить все окружающие страны, а историческая новизна требовала творческого ответа. Император создал так называемый Негласный комитет, в который входило пять человек (включая его самого), призванных изучить реальное положении России с целью преобразований отдельных частей администрации и завершения букета реформ «уложением, установленным на основании истинного народного духа». Преобразования, основанные на истинном народном духе — вот что вдохновляло государя, задумавшего реформы, но другой вопрос, где он набрался таких мыслей. Ведь это было следованием набиравшим популярность построениям европейской политической философии, которая брала за исходную точку рассуждений труды Аристотеля и Джона Локка, чья мысль о «естественном состоянии человека» как состоянии полной свободы была подхвачена философами Просвещения.

В Негласный комитет входил и министр внутренних дел князь Кочубей, у которого Сперанский к тому служил заместителем (статс-секретарем). Обнаружив в Сперанском горячего единомышленника, князь практически ввел его в состав комитета. Разница, однако, была в том, что члены комитета были весьма готовы порассуждать о необходимости реформ, покрасоваться друг перед другом знакомством с европейскими мыслителями, а вот Сперанский хотел совсем другого, и за представившуюся возможность исполнить идею любимых просветителей готов был чуть не пожертвовать жизнью. Работая по 20 часов в сутки, Сперанский, помимо своих основных обязанностей в министерстве, составлял обширные проекты и политические записки, из которых важнейшие — «О коренных законах государства», «Размышления о государственном устройстве Империи», «О постепенности усовершенствования общественного» и др. — позволяли ему изложить свои взгляды на состояние российского госаппарата и обосновать насущную необходимость реформ, передавая свой взгляд на направление, которое они должны принимать.


В убеждениях же Сперанский выказал себя ярым врагом политического бесправия и крепостничества. Он не стеснялся в выражениях, скорее даже наоборот:
«Вместо всех пышных разделений свободного народа русского на свободнейшие классы дворянства, купечества и проч. я нахожу в России два состояния: рабы государевы и рабы помещичьи. Первые называются свободными только в отношении ко вторым, действительно же свободных людей в России нет, кроме нищих и философов».

Подобными пассажами Сперанский разрушал сложившееся представление, согласно которому лучшего устройства, чем существующее, в России и быть не может. Таким образом, он замахивался и на принцип абсолютизма, ратуя за верховенство закона, полагая источником власти в государстве совокупную волю народа, а форме правления отводя роль регулятора. Всякий проект, начатый руководством страны, обречен на неудачу, если народ не окажет ему поддержки своими силами и устремлениями. Но если силы и устремления народа заняты выживанием и борьбой друг с другом, никакой государственный проект успеха не достигнет. Необходима система правил, которые были бы непреложны для всех, а значит, и для дворянства, и самого императора. И поэтому Сперанский обосновывал и требовал замену монархии абсолютной (или, как ее прямо называл, деспотический) на монархию конституционную.

Всё это могло бы представляться прожектами молодого выскочки, не будь Сперанский так успешен в государственных делах. Показанное им мастерство на всех уровнях управления, решение запутанных и критически важных задач доказывало, что этот человек — не фантазер, а практик. И всё же его проектам преобразования государства хода не давалось — вплоть до 1806-го, когда ему пришлось заменить заболевшего Кочубея, в том числе и в личных докладах императору. Через два года он был назначен в состав комиссии составления законов.


Наконец, в декабре 1808 года Сперанский зачитал императору свою записку «Об усовершении общего народного воспитания» и представил проект «Предварительные правила для специального Лицея». Практически это был план подготовки новых политических деятелей, которые должны стать воплотителями реформ. Изложенные им принципы обучения и воспитания нашли реализацию в знаменитом Царскосельском лицее — но проблема позже проявилась в том, что хотя учеников этого Лицея готовили как будущих реформаторов, после войны с Наполеоном им перекрыли кислород, дав понять, что реформ не будет, а ведь они уже были нацелены на преобразования. Понятно, что при таких условиях выступление декабристов случилось бы так или иначе, и восстание на Сенатской площади в силу его локальности еще можно считать не самым трагическим вариантом развития событий.

Но это случилось много позднее. А пока Сперанский готовил проекты преобразования и одновременно предупреждал императора об опасности и неминуемости войны с Францией. Во что император верить отказывался. Но и помимо этого разногласия, над головой Сперанского постепенно сгущались тучи. Уже предпринятые им действия экономического характера возложили дополнительное налоговое бремя на помещиков, а слухи о его намерении во имя реформ освободить крепостное крестьянство, составлявшее тогда 55% от всех крестьян, заставляли высшую касту Российской Империи желать Сперанскому скорейшей погибели.

До опалы ему еще суждено было получить высший чиновничий пост в государстве — должность госсекретаря — став, таким образом, вторым лицом в стране после императора. Эту должность он занимал с 1810 по 1812-й, обстоятельства его отставки дают почву для самых разных предположений, потому что для императора к тому моменту он был не только единомышленником, но и личным другом. Возможно, Александр опасался повторить судьбу своего отца. Истинной причиной его отставки стали идеи, которые российская элита восприняла как прямую угрозу своему положению. Сперанский, зная судьбу, постигшую французское дворянство, вырезанное революционерами, старался составить свою реформу так, чтобы подобной судьбы избежало дворянство русское, но вместо этого оно предпочло дожидаться 1917 года. Александр же Первый проявил черту самодержавия, отличающую в худшую сторону эту систему управления: уязвимость перед интригой. Слишком умного Сперанского обвинили за его спиной в том, что он позволяет себе пренебрежительно отзываться об уме самого императора.


Довершил начатое идеологический контрудар придворного историографа Карамзина, сыгравшего, по наущению сестры императора Екатерины, роль «непредвзятого эксперта». В своей «Записке о древней и новой России» Карамзин ярко и доходчиво объяснял вредоносность Европы как таковой, европейских идей, реформаторской деятельности Петра, доказывал благотворность рабского состояния для крепостных и священную суть императорской власти, в руках которой любое сословие является не более чем инструментом. Идея же о народе как источнике власти была в рамках этой конструкции чем-то еретическим и чуть не сатанинским. В таком изложении русский монарх становился подобен божественному японскому микадо или египетскому фараону, а на тезисы, использованные Карамзиным для защиты крепостничества, удивительно похожи чуть более поздние построения американских рабовладельцев. И это очень странно, что подобная работа, пусть и отлично написанная, могла повлиять на императора, воспитанного еще своей великой бабушкой в преклонении перед вольтерьянством и реформами Петра. Тем не менее что было, то было. В марте 1812 года, незадолго до вторжения Наполеона в Россию, Сперанский был отправлен в отставку, а позднее и в ссылку.

Впереди его ждали несколько лет опалы, нетриумфальное возвращение на госслужбу, долгая работа на пользу Отечеству, но эпизод, связанный с проектом реформ и его провалом, стал для России судьбоносным. Возобладавшая точка зрения об особой божественности самодержавия предуготовила власти ту судьбу, удар которой принял на себя последний русский император.
 

Гений из народа, который чуть было не реформировал Россию

В 1798 году Сперанский был назначен герольдом ордена святого апостола Андрея Первозванного — высшего ордена Российской Империи. Необходима система правил, которые были бы непреложны для всех, а //  regnum.ru
 
   11.011.0
1 2 3 4

в начало страницы | новое
 
Поиск
Настройки
Твиттер сайта
Статистика
Рейтинг@Mail.ru