Николай II

 
1 12 13 14 15 16 17 18
RU PSS #24.08.2017 15:22  @Виктор Банев#24.08.2017 14:55
+
-
edit
 

PSS

литератор
★★
В.Б.> Серый прямоугольник выше Мин. Коридора - помещение Оперативного Отдела СБ Эрмитажа. Где я и обитал... ;)

А что за "дырка" между 192 193 и 151? Там дымоход проходит или при перестройке так получилось? Просто сразу тянет удлинить 151. Более того, на первом и третьем этаже этой "дырки" нет.
История "Планеты Бурь" http://shubinpavel.ru/  44
RU Виктор Банев #24.08.2017 15:30  @PSS#24.08.2017 15:22
+
+1
-
edit
 
PSS> А что за "дырка" между 192 193 и 151? Там дымоход проходит или при перестройке так получилось? Просто сразу тянет удлинить 151. Более того на первом и втором этаже этой "дырки" нет.
Это Кафешенкская лестница с первым в ЗД лифтом. Предназначалась для подьема провианта из склада-холодильника ( сейчас Египетский Зал с мумией фараона), наверх.
151 - Петровский Коридор. Раньше в этом торце висела карта РИ 1690-какого-то года. Примечательна была тем, что речка Сысола в Коми, на которой стоит Сыктывкар (бывш. Усть-Сысольск) там названа "рЪчка Г**нюха"... :D
Вселенная так велика, что нет такого, чего бы не было.  11.011.0
+
+2
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★
Навеяло общеинтернетным срачем про Матильду и т.п.
:)
У Николая II на самом деле перед глазами был шикарный пример к чему приводят царские хождения налево, пример попортивший лично ему массу крови (а перед этим его отцу Александру III). Причем лично они оба тут замешаны не были, т.к. были примерными семьянинами и при всем этом были вынуждены разгребать последствия половых приключений Александра II.

Цитата по:
И. Зимин. «Царские деньги. Доходы и расходы Дома Романовых». М.: Центрполиграф, 2011


Николаю II приходилось платить и «по старым счетам». Причем счетам своего деда – императора Александра II. Дело в том, что морганатическая жена Александра II, светлейшая княгиня Е.М. Юрьевская, все царствование Александра III тихо «просидела» в Ницце, потихоньку проматывая в различных денежных аферах 3 000 000 руб., полученные по завещанию Александра II. Когда в октябре 1894 г. императором стал Николай II, светлейшая вдова немедленно развернула широкомасштабные боевые действия против Кабинета, выбивая для себя дополнительные бонусы. При этом она постоянно апеллировала к благородству внука «своего царственного Деда». В результате Николай II пошел на пересмотр сумм негласных выплат княгине Е.М. Юрьевской.
Это действительно старая история, корнями уходившая в 1870-е гг. Весной 1881 г., после трагической гибели от рук террористов Александра II, когда на Александра III обрушилось множество проблем, ему приходилось еще и решать «проблему Долгоруковой».

Судя по всему, скандальная княгиня Юрьевская, отъехавшая из России в Ниццу в начале 1882 г., поставила ценой своего отъезда ряд условий. Состоялись буквально «высочайшие торги». Конечно, император сам этим не занимался, для решения подобных ситуаций привлекались министр Императорского двора граф И.И. Воронцов-Дашков (с августа 1881 г.) и управляющий Кабинетом Е.И.В. В результате переговоров княгиня Юрьевская кроме 3 млн. руб., полученных по завещанию от Александра II, получила еще и ежегодную ренту в 100 000 руб. на себя и 100 000 руб. на своих детей. Содержание княгине отпускалось «по третям года вперед» и переводилось в «Банкирский дом Лампе и К0». На что последовало негласное высочайшее повеление 30 апреля 1881 г.

Следует сказать, что эти суммы имели свои прецеденты. Например, когда Александр II выслал Числову, любовницу своего младшего брата великого князя Николая Николаевича (Старшего) за границу, то он ей «дал 500 тыс., а каждому из детей по 100 тыс., что составило 400 тыс.».

Далее, в обмен на право проживания в Зимнем дворце, дарованное княгине Юрьевской по завещанию Александра II (Александр III согласиться с этим категорически не мог), ей был подарен дом в Петербурге, оцениваемый в 1900-х гг. в 1,5–2 млн. руб. Кроме этого, по условиям соглашения, детям княгини Юрьевской по достижении совершеннолетия из средств Кабинета следовали ежегодные секретные «выдачи». Так, сын Александра II от второго брака светлейший князь Георгий Александрович Юрьевский ежегодно получал по 40 000 руб., они отпускалось помесячно, по 3333 руб. 33 коп., и также переводилось в «Банкирский дом Лампе и К°». Не забыли и о его сестрах. Совершенно очевидно, что Александр III предпочел откупиться, лишь бы удалить из страны свою молодую и скандальную «маму».
Только по завершении этих «торгов» княгиня Юрьевская согласилась уехать из России. Она поселилась на собственной даче в Ницце, где всегда бывало много русских. Негласные выплаты из средств Кабинета регулярно поступали на счет княгини и, судя по тому, что княгиня Юрьевская некоторое время вела себя достаточно «тихо», она соблюдала свою часть соглашения.

Прожила она «тихо» во Франции до 1900 г. После этого начала буквально терроризировать императора Николая II и министра Императорского двора В.Б. Фредерикса бесконечными просьбами о денежной помощи. Любопытно то, что «девица Шебеко», выбивавшая «откаты» из предпринимателей для Е.М. Долгоруковой в 1870-х гг., продолжала оставаться главным мозгом финансовых махинаций, в которые она втягивала светлейшую княгиню Юрьевскую.

Весной 1900 г. Е.М. Юрьевская написала письмо на имя Николая II, с просьбой вновь оказать ей материальную поддержку. Это письмо было вызвано тем, что дети у княгини выросли и расходы их соответственно тоже возросли. Кроме этого, сын княгини Георгий Александрович, сын Александра II и, следовательно, дядя Николая II, жил, как водится, не по средствам и просил своего «племянника-императора» оплатить его долги. Юрьевская просила выделить и себе единовременную крупную сумму. Николая II это совершенно не устраивало, поскольку за просьбой могла последовать следующая, а ему хотелось «закрыть проблему». Закрыть совсем. Император прекрасно знал, что Юрьевская получила по завещанию Александра III более 3 млн руб. и имела в России солидную собственность.
На протяжении лета 1900 г. Министерство двора решало этот вопрос и, наконец, в августе 1900 г. министр Императорского двора В.Б. Фредерике отправил Е.М. Юрьевской письмо с перечислением жестких условий, на которых Николай II соглашался увеличить ежегодную секретную пенсию морганатической жене своего деда.

Главные требования императора сводились к следующему:
во-первых, княгиня должна положить в Государственный банк неприкосновенный капитал в 1 000 000 руб. Также высказывалось настоятельное пожелание, чтобы княгиня «в самое непродолжительное время» довела этот неприкосновенный капитал до 2 000 000 руб. Зная, что у княгини нет такой суммы, ей предлагалось продать свой дом в Петербурге «на Гагаринской ул., 3» и вырученные деньги внести в банк.

Во-вторых, император, увеличивая ежегодную пенсию Юрьевской со 100 000 до 200 000 руб. и считая, что семья княгини обеспечена достаточно, предупреждал, что впредь любые обращения князя Г.А. Юрьевского «об уплате его долгов, таковые, безусловно, и при каких бы то ни было условиях Государем Императором будут оставлены без удовлетворения».

В-третьих, император выражал надежду, что сама княгиня и ее дети будут жить «соответственно получаемым им средствам». А выделяемая субсидия в 200 000 руб. должна быть поделена следующим образом: треть получала Е.М. Юрьевская, треть Г.А. Юрьевский и последнюю треть делили между собой две дочери княгини. Говоря о сумме в 200 000 руб., подразумевалось, что Юрьевская уже ежегодно получает 100 000 руб., кроме этого, после женитьбы Георгия Александровича ему выплачивалась ежегодная пенсия в 30 000 руб. Следовательно, Кабинет должен доплатить Юрьевской «чистыми» только 70 000 руб. в год. Приведя эти расчеты, княгине Юрьевской напоминали, что обещанные 200 000 руб. – это ежегодные проценты с капитала в 5 000 000 руб., княгине предлагалось положить в банк только 1 000 000 руб. и еще некоторую сумму, которую она выручит от продажи дома на Гагаринской.

В заключение Николай II заявлял: «Отпуск этот повелеваю начать со дня внесения в Кабинет Е.М. Юрьевской одного миллиона рублей в Государственный банк бессрочным вкладом, с правом получать лишь проценты с оного». Далее в письме указывалось, что «подобное устройство Ваших капиталов вполне ответило бы воле в Бозе почивающего Императора Александра II, ясно выразившего желание, чтобы дарованная Вам собственность оставалась бы неприкосновенной и избавленной от случайностей».

Однако Николаю II, несмотря на столь жесткие формулировки, так и не удалось отделаться от этого семейства, тем более что рядом с княгиней Юрьевской оставался ее финансовый гений – «девица Шабеко».

Вскоре начался новый скандал. В июле 1904 г. начальник Канцелярии Министерства Императорского двора генерал А.А. Мосолов получил письмо от Петебургского градоначальника И. А. Фуллона. Суть письма сводилась к тому, что с кн. Юрьевской следует к взысканию Казенной палатой гербового сбора и штрафов на сумму 12 500 руб. По закону «взыскание это должно быть обращено на дом княгини, который подлежит продаже». Руководство Кабинета, связавшись с княгиней, рекомендовало ей уплатить долги «из причитающихся Ея Светлости из Кабинета денег», что она и сделала.

Но это было еще не все. В 1908 г. начался новый «наезд» княгини на Кабинет Е.И.В. Встретившись за границей с великим князем Алексеем Александровичем, Юрьевская заявила ему, что, буквально за несколько дней до смерти, Александр II пообещал своей жене еще 3 000 000 руб. и об этом решении императора есть запись в его ежедневнике, либо в конце 1880 г., либо в начале 1881 г. Великий князь Алексей Александрович ей поверил.

Вернувшись в Россию, великий князь Алексей Александрович попросил разрешения у царствующего племянника пересмотреть портфель с бумагами Александра II, в котором хранилось его завещание. Николай II и вдовствующая императрица Мария Федоровна разрешили. Разрешили, наверное, не без колебаний. Пересмотрев бумаги в портфеле, великий князь искомых записных книжек не обнаружил. Однако речь шла об очень крупной сумме, поэтому великий князь решил продолжить поиски среди «не разобранных бумаг Гатчинского дворца», то есть фактического дома вдовствующей императрицы Марии Федоровны. Вряд ли эти поиски вызывали удовольствие у Николая II и у Марии Федоровны. Тем не менее они дали разрешение. В свою очередь, кн. Юрьевская писала бесконечные письма барону В.Б. Фредериксу с той же просьбой о продолжении поисков записных книжек Александра II. Попутно она просила новую ссуду в 200 000 руб. из средств Кабинета.

Как ни удивительно, руководство Кабинета не могло отказать в просьбе морганатической супруге Александра II. Кабинет предложил беспроцентную ссуду в 200 000 руб. на 10 лет под залог ее дома в Петербурге «на Гагаринской ул., 3». Долг на протяжении 10 лет предполагалось взыскивать из ежегодных выплат княгине из средств Кабинета. Княгиня Юрьевская согласилась, правда, срок выплаты долга уменьшила до двух лет, заявив, что вскоре будет иметь «возможность погасить заем по истечении двух лет». Одновременно Юрьевская настойчиво просила продолжить поиски календарей за 1880 и 1881 гг., в которых содержалась «отметка о даровании им мне капитала в три миллиона рублей». Тогда еще руководство Кабинета не знало, что история с ссудой и домом была началом сложной многоходовой операции «девицы Шебеко».

Николай II и Мария Федоровна внимательно следили за поисками записных книжек Александра II, поскольку перспектива выплаты очередных 3 000 000 руб. их совершенно не радовала. К лету 1909 г. искомые «памятные книжки» императора Александра II за 1880 и 1881 гг. были найдены. Их обнаружили в Готической библиотеке Николая II в Зимнем дворце. Книжки нашел и внимательно прочел заведующий Императорскими библиотеками Щеглов. Никаких отметок «о трех миллионах» он не обнаружил: «Прочитав памятную книжку 1881 г., так же как и в книжке 1880 г. ничего существенного, в известном смысле не нашел». Видимо, для гарантии Щеглов переслал записные книжки ген. А.А. Мосолову. Этот факт вызвал страшное раздражение Николая II и пространную его резолюцию (12 августа 1909 г.), что было, в общем-то, редкостью: «Зачем Щеглов послал оба дневника моего Деда – Мосолову? Немедленно вернуть их в мою библиотеку Зимнего Дворца». Так закончилась история «о трех миллионах». Но это не означало, что светлейшая княгиня Юрьевская оставила Кабинет в покое.

Осенью 1909 г. Юрьевская стала буквально засыпать В.Б. Фредерикса отчаянными просьбами о материальной помощи: «Мое положение безвыходное; дни сосчитаны до краха. Верьте искренности этих слов и тоже моей к Вам глубокой благодарности. Княгиня Юрьевская». Ничего, кроме раздражения, эти телеграммы (о них регулярно докладывалось Николаю II) не вызывали. Поэтому Фредерике сообщал княгине, что «телеграмма Ваша доложена Его Величеству, благоприятного ответа дать не можем». А в октябре 1909 г. Фредерике прямо приказал «оставить эти телеграммы княгини Юрьевской без ответа».

Тогда же, осенью 1909 г., выяснилось, что светлейший князь Григорий Александрович Юрьевский, сын Александра II от второго брака, задолжал лучшему военному портному Петербурга Норденштрему 90 469 руб. Портной подал в суд, и суд мог арестовать жалованье князя в 40 000 руб. в год, получаемое из сумм Кабинета. Это – очередной скандал, допустить его Кабинет не мог. Скандалов в императорском семействе и без этого хватало. Поэтому Кабинет распорядился удерживать из «зарплаты» князя по 16 000 руб. в год до погашения долга.

Судя по тону переписки, сама фамилия Юрьевских, вызывала у чиновников Кабинета чувство идиосинкразии. Вот только некоторые фразы из сугубо деловой переписки между Кабинетом Е.И.В. и Канцелярией Министерства Императорского двора: «Я ожидаю теперь новых нападений на Барона (то есть В.Б. Фредерикса. – И. 3.) помимо меня»; «Хитрости Юрьевских не особенно тонки»; «Юрьевский хотел успеть выхватить свое содержание до наложения запрещения кредиторами на законную часть» и т. д.

В ноябре 1909 г. «команда» княгини Юрьевской перевела операцию «Дом на Гагаринской, 3», в активную фазу. Дом был уже заложен дважды: Кабинету под беспроцентную ссуду в 200 000 руб. и одновременно частному лицу, уже под проценты. Княгиня Юрьевская заявила, что выставляет дом «на Гагаринской» на публичные торги со всеми находящимися в нем вещами. Дом и все в нем находящееся она оценила в 2 000 000 руб. Изюминка этого хода заключалась в том, что на торги выставлялись и все личные вещи Александра II, хранившиеся в этом доме.

Надо заметить, что княгиня уже давно позаботилась, чтобы превратить свой дом в музей Александра II. Ко всем вещам, к которым притрагивался император, были прикреплены бронзовые таблички с соответствующими надписями. На продажу выставлялся даже ночной горшок из спальни императора, правда, без бронзовой таблички. Тексты готовящегося аукционного каталога были следующие: «Кровать двуспальная под черное дерево. В изголовье кровати бронзовая дощечка: «Проведена последняя ночь жизни до 1 марта 1881 г. государем Императором Александром II»; Матрац пружинный, матрац волосяной, шкафчик ночной под черное дерево, столик десертный под черное дерево. На столике надпись «Государь император Александр II у зеркала, где причесывался до 1 марта 1881 г.». Примерно так же «оформлены» многочисленные портсигары и портреты императора, включая знаменитый портрет кисти Маковского с почившим императором в форме Преображенского полка.

После этого известия в Министерстве двора началась тихая паника, поскольку допустить аукционные торги по «царским» лотам они не могли в принципе. Однако, поразмыслив, успокоились, решив, что «если это почтенное семейство пустит все в продажу то, конечно, мы этих вещей не выпустим и купим своевременно. Но имейте в виду, что на этом хотят сыграть, выхватив приказание купить все за двойную цену, и при том за немногими исключениями… вещи никакого касательства к Императору не имеющие.
…Из дальнейших переговоров стало понятно, что план был задуман большой, а именно: разыграть на истории с вещами большую драму о несчастном понуждении, благодаря ненайденным миллионам, о которых вы, вероятно, слыхали, продать весь дом со всеми вещами, которые так дороги их сердцу, а потому, мол помогите, устраните скандал продажи вещей и купите просто весь дом с вещами за миллион 200 тыс. Вот суть плана… нет смысла идти на этот шантаж».

Таким образом, осенью 1909 г. светлейшая княгиня Юрьевская желала либо получить из Кабинета 1 200 000 руб., за дважды заложенный дом, со списанием с нее всех долгов Кабинету и другим кредиторам, либо получить 3 000 000 руб. по сомнительной устной реплике Александра II, произнесенной то ли в 1880 г., то ли в начале 1881 г. и о которой княгиня внезапно «вспомнила» в 1908 г.

Автор не может отказать себе в удовольствии привести обширную цитату из письма (от 11 ноября 1909 г.) светлейшей княгини Юрьевской, адресованного министру Императорского двора барону В.Б. Фредериксу:

«Я очень огорчена тем, что в календаре 1881 г., или в дневнике, как называл его Император, найденном, по моему настоянию, после стольких поисков, Его Императорское Величество не усмотрел {Каково!! выделено автором.} записи, существование которой я имела основание предполагать. Думаю, что если бы при строгих розысках ведомости о капиталах Императора, которая была ему предъявлена в феврале 1881 г., таковая была найдена, так же как нашли календарь, то в этой ведомости могла найтись отметка о том даре, который Император в то время сделал и объявил об этом в присутствии постороннего лица.
Может быть, конечно, и то, что для оформления дара особым Высочайшим указом нужно было еще письменное распоряжение Императора, которое он до 1 марта не успел сделать, но, во всяком случае, факт остается фактом, и я обращалась и обращаюсь к Его Императорскому Величеству по этому поводу не на основании каких-либо юридических доказательств, а взываю к чувствам нравственного долга.
Я не имела никогда права сомневаться в словах Императора, моего Супруга и Отца наших детей, и было бы ниже моего достоинства и оскорбительно для Императора требовать от него немедленного письменного подтверждения сделанного им мне и детям нашим дара… Царское слово, в дни моей молодости, я считаю столь же непоколебимым и священным, как считаю его таким же и теперь.
Если я не возбуждала вопроса о даре сейчас же после смерти Императора, то потому, что я не сомневалась в исполнении воли Императора, даже помимо моего обращения о выдаче мне дара, а отчасти и потому, что я не имела в то время достаточного понятия о всех случайностях, какие могли бы постигнуть меня в материальном отношении… довести до сведения Его Императорского Величества, что я свое желание о получении дара, мне сделанного, основываю не на юридических доказательствах или письменных актах, а на том нравственном долге, который обязывает исполнить волю Императора, моего Супруга, выраженную Им не только мне лично, но и повторенную в присутствии находящегося еще в живых лица.
Те подробности, при которых совершился этот дар, я имела случай лично передать в Бозе почивающему великому князю Алексею Александровичу, великой княгине Марии Александровне и великой княгине Марии Павловне….Подробности, которые я им сообщала по поводу дара, исключают всякую возможность сомневаться в справедливости моего заявления, не говоря уже о том, что я вообще не допускаю возможности сомнений в правдивости моих слов, обращаемых к Его Величеству Государю Императору, Внуку Александра II.
Если после всего выраженного мною Его Императорское Величество все-таки не найдет возможным признать волю Своего Царственного Деда, то я прошу Вас довести до сведения Его Императорского Величества о том затруднительном материальном положении, в котором я нахожусь теперь и в котором я и дети мои не должны бы оставаться».


Надо отдать должное Николаю II – держался он стойко. В результате этой «атаки» дело с домом было спущено «на тормозах», и осенью 1909 г. к ренте светлейшей княгини Юрьевской добавили еще 50 000 руб. Деньги также негласно переводились княгине Кабинетом Е.И.В. через банк «Лампе и К0» во Францию. Но для княгини это все было только промежуточным результатом перед новой атакой на Кабинет.

В начале 1910 г. для давления на министра двора В.Б. Фредерикса светлейшая княгиня использовала и личные письма Александра II, обращенные к ней. Юрьевская через своего адвоката сообщила министру, что желает выставить на публичные торги свою интимную переписку с Александром II. Министр двора принял адвоката княгини в январе 1910 г. и тот действительно продемонстрировал образчики выписок из писем императора к княгине за 1877–1878 гг. До сведения министра было мимоходом доведено, что оригиналы писем хранятся в «Bank of England».

Как сегодня известно (письма сейчас находятся в Государственном архиве Российской Федерации и частично опубликованы), это – откровенные письма двух любящих людей. С обычными нежностями и разными словами. Но проблема заключалась в том, что один из пары любящих людей был императором великой державы и на момент написания им писем женат на императрице Марии Александровне. Понятно, что публикация даже небольших отрывков из этих писем привела бы тогда к колоссальному скандалу.

В результате принятие решений в некрасивой и скандальной истории перешло на «самый верх». 22 апреля 1910 г. светлейшая княгиня Е.М. Юрьевская «была принята Его Величеством Государем Императором и Ея Величеством Государыней Императрицей Александрой Федоровной». После чего над имуществом княгини (в 1881 г. она имела более 3 000 000 руб., приличную недвижимость и огромную ежегодную выплату из средств Кабинета) учреждается опека Кабинета. В документах указывалось, что регулярные денежные выплаты княгине в руки передавать не следует, поскольку «она не в состоянии их удержать… Полагаю, что пенсию следует выдавать помесячно, а не по третям, как выдается теперь 150 000 руб., что составит 12 500 руб. в месяц, чем чаще и дробнее выдачи, тем лучше для людей бесхарактерных».

Шталмейстер сенатор В.Н. Охотников, занимавшийся летом 1910 г. этим делом, намекнул Николаю II, что деньги княгине надо все же дать, поскольку распоряжение Александра II «о трех миллионах» вполне могло быть.

Сенатор Охотников писал В.Б. Фредериксу 27 мая 1910 г.: «Позволяю себе добавить, что в письме Государя Императора Александра II к Сыну выражена просьба быть покровителем его жены и детей, а на третьей странице сказано буквально: «Жене Моей принадлежит капитал, который внесен, пока брак наш не будет объявлен официально, на Мое имя в Государственный банк, причем Я дал ей свидетельство, что капитал этот принадлежит ей. При ее жизни она может располагать им по ее усмотрению, а в случае ее смерти он должен быть разделен поровну между всеми Нашими детьми, оставаясь в Госбанке и приращиваясь процентами и теми взносами, которыми мне можно будет его увеличить».

Поскольку дело было серьезным, то 5 июня 1910 г. Николай II счел нужным лично ознакомиться с текстом завещания Александра II. Видимо, после этого принято решение – деньги Юрьевской дать. По крайней мере в архивном деле имеется расписка Юрьевской о получении ею очередных 200 000 руб.

Но княгине оказалось и этого мало. За многие годы (по крайней мере с начала правления Николая II) она смотрела на Кабинет как на дойную корову и не стеснялась в своих просьбах, густо замешанных на шантаже и угрозах скандалом. Уже в конце августа 1910 г. управляющий Кабинетом генерал С.В. Волков пишет В.Б. Фредериксу, что очень огорчен тем, что «должен вновь Вам писать о княгине Юрьевской, которая на другой день по уплате 200 000 руб. за нее Кабинетом (второй раз в том же году) и 300 000 руб. уделами через Смельского, просит Вас выдать ей 50 000 руб. и 200 000 франков для выкупа ее дачи в Ницце. Кроме того, получена телеграмма о выдаче ей содержания за сентябрь вперед…».

В 1912 г. светлейшую княгиню Юрьевскую видел в Ницце, где она жила на собственной вилле, князь Гавриил Константинович: «Это была старушка небольшого роста, с тонким, острым носом и, как мне показалось, мало симпатичная. У нее был неприятный, крикливый голос и вообще она мне не понравилась». Судя по всему, светлейшая княгиня так и «доила» Кабинет, вплоть до 1913 г., пока она окончательно не свернула свои дела в России, продав заложенный-перезаложенный, многострадальный дом на Гагаринский ул., 3.
 


В общем если суммировать, то сексуальные похождения стареющего Александра II в итоге, помимо нервов, обошлись его сыну и внуку (и бюджету России конечно- не свои же они платили) в сумму примерно достаточную для постройки эскадренного броненосца типа «Бородино"...
Всему есть своя причина  11.011.0
Это сообщение редактировалось 01.09.2017 в 10:25
01.09.2017 11:39, Bredonosec: +1: прямо инструкция "как прое=ть броненосец" ))))
+
+4
-
edit
 

Luchnik

аксакал
★☆
A.1.> В общем если суммировать, то сексуальные похождения стареющего Александра II в итоге, помимо нервов, обошлись его сыну и внуку (и бюджету России конечно- не свои же они платили) в сумму примерно достаточную для постройки эскадренного броненосца типа «Бородино"...

Про.бал броненосец. )
 1717
RU VVSFalcon #01.09.2017 16:02  @Luchnik#01.09.2017 10:42
+
+1
-
edit
 

VVSFalcon

аксакал

A.1.>> В общем если суммировать, то сексуальные похождения стареющего Александра II в итоге, помимо нервов, обошлись его сыну и внуку (и бюджету России конечно- не свои же они платили) в сумму примерно достаточную для постройки эскадренного броненосца типа «Бородино"...
Luchnik> Про.бал броненосец. )
Эх, надо было не с немцами родниться а с итальянцами. Медичи там, Колонна, Борджиа . . . :-)
Ба, да это же жопа! Интересно, как выглядели ее создатели? (c)  60.0.3112.10160.0.3112.101
RU Luchnik #01.09.2017 16:08  @VVSFalcon#01.09.2017 16:02
+
-
edit
 

Luchnik

аксакал
★☆
VVSFalcon> Эх, надо было не с немцами родниться а с итальянцами. Медичи там, Колонна, Борджиа . . . :-)

Эх... Времена не те... Вот лет бы 100 назад их бы просто посадили куда-нибудь. А потом - "убиты при попытке побега/освобождения".
 1717
RU Alex 129 #06.09.2017 12:36  @Alex 129#01.09.2017 10:11
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★
A.1.> Цитата по: И. Зимин. «Царские деньги. Доходы и расходы Дома Романовых». М.: Центрполиграф, 2011
A.1.> В общем если суммировать


Некоторые комментарии к предыдущему тексту (для широты восприятия общей картины т.с.) - источник тот же.

Пространное вступление:

Следующий важный вопрос связан с определением степени вовлеченности членов Императорской фамилии и их окружения в частное предпринимательство.

Следует отметить, что на протяжении XVIII – первой половины XIX в. непосредственное окружение российских императоров было весьма в незначительной степени вовлечено в коммерческую деятельность, что обусловливалось рядом причин. Во-первых, непосредственное окружение императорской семьи составляли люди состоятельные или занимавшие значительные посты, в достаточной степени их обеспечивавшие. Во-вторых, вне зависимости от степени материального благосостояния власть в России всегда сама по себе источник богатства. Слухи о мздоимстве крупных чиновников, руководителей крупных департаментов не были столь уж большой редкостью. И они не были беспочвенными. Следовательно, сама принадлежность к властной элите открывала столь блестящие перспективы для личного обогащения, что занятие непосредственно коммерческой деятельностью являлось излишним.

Дворянство, веками строившее свое материальное благосостояние на фундаменте крепостнической собственности, традиционно рассматривало коммерческую деятельность как занятие, мало совместимое с дворянским статусом. Но это, конечно, не исключало участия дворян в коммерческой деятельности.

Тем не менее к XIX в. сложился порядок, по которому для дворян, активно занимавшихся частнопредпринимательской деятельностью, доступ в придворный штат был полностью закрыт. В свою очередь, потомственные дворяне, занимавшие крупные придворные должности, считали занятие коммерцией для себя делом если не постыдным, то мало достойным. Такая ситуация в целом сохранялась вплоть до отмены крепостного права.

Прецеденты, когда сановники, занимавшие заметное положение при Дворе, участвовали в предпринимательской деятельности, случались и в XVIII, и в XIX вв. Далеко не все дворяне проматывали свои состояния. Были среди сановников и вдумчивые хозяйственники, методично приумножавшие свои состояния, используя, в числе прочего, и сам факт своей близости к Императорскому двору.

После отмены крепостного права в 1861 г. ситуация начала быстро меняться. Стремительная капитализация страны, со всеми ее моральными и материальными издержками, не могла не пошатнуть привычные стереотипы. Люди становились свидетелями того, как миллионы делались буквально «из воздуха», а многие придворные аристократы все больше отягощались многочисленными долгами. Старые дворянские гнезда запустевали.

В этой ситуации некоторые придворные пытались идти «в ногу со временем». Не всем это удавалось. Неумелые биржевые спекуляции, участие в финансовых пирамидах разорили не одно аристократическое семейство.

В новые времена придворные начали продавать самое ценное, что у них было ликвидного, – влияние и связи при Императорском дворе. Влияние на ключевых чиновников, от которых многое зависело. Связи, позволявшие решать многие вопросы. Поскольку все начали «хапать», то пытались идти «в ногу со временем» и некоторые из великих князей, в меру своих «деловых талантов». Несмотря на значительное казенное содержание многие из великих князей постепенно погрязали в долгах.
 


К этому моменту из поста выше:
> Например, когда Александр II выслал Числову, любовницу своего младшего брата великого князя Николая Николаевича (Старшего) за границу...


Жыр
:)
Сохранилось несколько мемуарных упоминаний о «коммерческих операциях» великого князя Николая Николаевича (Старшего), младшего брата Александра II. Надо сказать, что именно он первым из великих князей начал приторговывать своим влиянием, обменивая на деньги свое положение и репутацию.

Министр внутренних дел П.А. Валуев упоминал о своем разговоре с министром финансов (17 ноября 1867 г.), при этом разговор состоялся буквально во время высочайшего обеда в присутствии Александра II: «Министр финансов мне говорил, что он с трудом отстоял от притязаний кн. Суворова какой-то золотоносный прииск в Восточной Сибири и теперь отстаивает от вел. кн. Николая Николаевича (не для него, а для каких-то proteges) два других прииска в Амурском крае».

Другой осведомленный мемуарист приводит характерный эпизод «великокняжеского бизнеса», ссылаясь на рассказ генерала П.А. Шувалова, который занимал должность шефа жандармов и управляющего III Отделением.

Именно к нему, по должности курировавшему борьбу с коррупцией (!!!), явился великий князь Николай Николаевич и обратился к шефу жандармов с просьбой пролоббировать в Комитете министров концессию на строительство железной дороги в пользу определенного лица.

Озадаченный генерал сдержанно ответил, что он не вмешивается в дела железнодорожных концессий и затем поинтересовался, зачем великому князю касаться подобных дел.

Николай Николаевич, не смутившись, ответил: «До сих пор я никогда не занимался ими, но, видишь ли, если Комитет выскажется в пользу моих proteges, то я получу 200 000 рублей; можно ли пренебрегать такою суммой, когда мне хоть в петлю лезть от долгов…».

Услышав это незатейливое заявление, шеф жандармов поинтересовался: «Ваше высочество, даете ли себе ясный отчет в том, что вы говорите?». На что князь спокойно ответил: «Вот вздор какой, если бы еще я сам принимал участие в решении дела, а то ведь нужно только похадотайствовать, попросить…».

Конечно, П.А. Шувалов не предпринял никаких шагов, но так случилось, что Комитет министров принял решение в пользу тех, за кого просил великий князь. Через несколько дней Шувалов встретил великого князя на торжественной церемонии во дворце. Николай Николаевич благодарно пожал руку генерала и с самодовольною улыбкой указал на свой карман. Мемуарист совершенно справедливо отметил, что великий князь проявил непроходимую глупость «в бизнесе» и «по глупости он только говорил откровенно о том, что тысячи других делали втихомолку».

Старший брат великого князя Николая Николаевича – император Александр II, наблюдая, как расстраиваются финансы брата, был вынужден прибегнуть к резким решениям. Так, в ноябре 1875 г. из Петербурга выслали любовницу великого князя – балерину Числову, которая, как «насос», буквально «выкачивала» деньги из Николая Николаевича.

Военный министр Д.А. Милютин записал в дневнике (9 ноября 1875 г.): «В Петербурге главный предмет разговора со вчерашнего дня – высылка Числовой – любовницы великого князя Николая Николаевича. Сам он вызван был внезапно в Ливадию, откуда ему было велено ехать на Кавказ и там провести некоторое время, пока возлюбленная его будет удалена из Петербурга. Арбитральное это распоряжение признано было необходимым для прекращения открытого скандала и для предохранения великого князя от разорения».

О том, насколько подобные «гешефты» были важны для великого князя Николая Николаевича, свидетельствует и долговая расписка, которую он подписал в сентябре 1888 г. В расписке речь шла об очень крупной сумме в 100 000 руб., ее великий князь брал на условиях ежегодных выплат в 12 000 руб., «с начислением 6 % в год». В расписке особо оговаривалось, что в случае смерти великого князя «долг этот был вам уплачен из моего имущества немедленно и, прежде всего».

Надо заметить, что у великого князя Николая Николаевича сложились действительно очень непростые денежные «обстоятельства». В 1889 г., спасая остатки рассеивавшегося как дым состояния, великий князь «разделил оставшиеся бриллианты императрицы Александры Федоровны, подаренные его жене с тем, чтобы переходили из рода в род, между двумя сыновьями, и каждому досталось на 89 тыс.».

К этому времени со своей женой великой княгиней Александрой Петровной он уже давно не жил, но и у жены к этому времени денег не было. По свидетельству информированной А. Богданович, кроме драгоценностей Александры Федоровны было еще на 900 000 руб. «своих», но «теперь у нее ничего нет. Государь ей дает из своей шкатулки 17 тыс. в месяц. Она всегда без денег и на днях еще получила от царя подарок в 75 тыс.».

Приводя все эти примеры, следует помнить, что все члены дома Романовых исправно получали из Государственного казначейства все положенные им по закону выплаты.
 
Всему есть своя причина  11.011.0
RU Alex 129 #06.09.2017 12:54  @Alex 129#06.09.2017 12:36
+
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★
A.1.> Некоторые комментарии к предыдущему тексту (для широты восприятия общей картины т.с.) - источник тот же.


Далее - о чем тут речь:
> Любопытно то, что «девица Шебеко», выбивавшая «откаты» из предпринимателей для Е.М. Долгоруковой в 1870-х гг.


Ротенберги говорите...?
;)
Активно «продавалось» и влияние на императора Александра II. Так, по устойчивым слухам, морганатическая жена Александра II Е.М. Долгорукова (кн. Юрьевская) беззастенчиво пробивала, за солидные комиссионные, выгодные для предпринимателей коммерческие проекты. Это раздражало очень многих.

Очень красочное и достоверное в деталях описание придворных «гешефтов» содержится в воспоминаниях того же мемуариста, который ссылается на рассказ князя А. Барятинского.

Поскольку решения о распределении концессий принималось «на самом верху», то предпринимателям были жизненно необходимы люди со связями при Императорском дворе для лоббирования их интересов. Таким лоббистом известного предпринимателя К.Ф. фон Мекка и стал князь А.И. Барятинский. В это время велась борьба за концессии на строительство Севастопольской и Конотопской железных дорог. В борьбе за концессии схватились не только предпринимали, но и их высокие покровители, рассчитывавшие на соответствующие «откаты».

Соперником фон Мекка был предприниматель Н.И. Ефимович, которого поддерживали «либо принц Гессенский, либо Долгорукова». Располагая этими сведениями, фон Мекк отправил кн. Барятинского в Германию на курорт Эмс, где находилась кн. Долгорукова, поскольку там же проходил курс лечения водами Александр II.

В силу ряда причин «выйти» на Долгорукову князю не удалось, но случайно в поезде он встретил проигравшуюся в казино графиню Гендрикову, подругу девицы Шебеко, которая «представляла» финансовые интересы княжны Е.М. Долгоруковой. Князь Барятинский прямо предложил проигравшейся графине деньги за устройство свидания с Долгоруковой: «Говорю вам прямо, мне нужно побеседовать с нею об одном предприятии, в котором я принимаю живейшее участие». Графиня немедленно сориентировалась и заявила, что «Долгорукова ничего не смыслит, всеми делами такого рода – к чему таиться – орудует моя belle-souer… Шебеко», и обещала Барятинскому устроить свидание.

Когда свидание состоялось, то князь Барятинский был поражен деловой хваткой девицы Шебеко: «Много я видал на своем веку отчаянных баб, но такой еще не случалось мне встречать». Объяснив ей суть дела и узнав, что близкие к Долгоруковой лица действительно поддерживают Ефимовича, князь приступил к переговорам: «Можете ходатайствовать о дороге Севастопольской, – сказала m-me Шебеко, – но Конотопскую мы вам не уступим».

Барятинский предложил Шебеко деньги, и та немедленно оценила свои услуги в полтора миллиона рублей. Эта цифра, приводимая мемуаристом, показывает уровень взяток, бытовавших при Императорском дворе во времена Александра II. Князь Барятинский был весьма озадачен названной суммой, поскольку у него были полномочия не превышать сумму в 700 000 руб., но «Шебеко не хотела об этом и слышать». На том «переговорщики» и расстались.

Однако через несколько дней Шебеко сама вышла на Барятинского и согласилась взять предложенные 700 тыс. рублей, но с тем условием, чтобы фон Мекк немедленно, прежде чем состоится решение по Конотопской дороге, выдал ей вексель на всю эту сумму на имя брата княжны Долгоруковой. Барятинский проконсультировался с сопровождавшими его агентами фон Мекка, и те не согласились с предложенным вариантом, поскольку, по их мнению, «партия княжны Долгоруковой только хотела усыпить нас, а в сущности не думала нарушить свою сделку с Ефимовичем».

В 1990-х годах это называлось «кинуть», и за такое «кидалово» людей убивали. Люди фон Мекка посчитали и, видимо, не без оснований, что гражданская жена российского императора Александра II княжна Е.М. Долгорукова, точнее ее окружение, может их банально «кинуть» на 700 000 руб., и на предложенную сделку не пошли.

Тем не менее переговоры с Шебеко продолжились в Петербурге. В них участвовали кн. Барятинский, фон Мекк, двое его агентов и «девица Шебеко». Весьма характерное «соотношение сил», наглядно демонстрирующее бизнес-потенциал «девицы Шебеко». В ходе переговоров Шебеко получила телеграмму и показала ее Барятинскому: «X. нам сказал, что Мекк человек ненадежный; гарантии необходимы». Эту телеграмму показали фон Мекку. Он вспылил и потребовал назвать имя этого «X.». На это требование Шебеко «отвечала весьма спокойно… Государь». Барятинский не поверил: «Я заметил Шебеко, что как генерал-адъютант не позволю кому бы то ни было вмешивать его имя в наши дрязги и глубоко возмущен её выходкой». Совещание было немедленно прервано. Следует заметить, что по законам Российской империи, прямое упоминание имени Александра II в данном контексте было делом подсудным.

Вскоре состоялось совещание Комитета министров, на котором было принято решение в пользу фон Мекка. На министров давили, однако они провели более выгодный для страны вариант и твердо стояли на своем. Только поэтому не прошла интрига «долгоруковской» партии.

Но самым поразительным в этой истории то, что после получения фон Мекком концессии на строительство железной дороги к нему тотчас же явилась бой-баба Шебеко – за деньгами! Мекк денег не дал. Судя по тому, что инженер путей сообщения и предприниматель Карл Федорович фон Мекк умер в 1875 г., описанные «деловые» нравы сложились при Императорском дворе уже в первой половине 1870-х гг.

Из этого эпизода следует, что император Александр II был «в курсе» многомиллионных взяток среди своего ближайшего окружения. Коррупция при Императорском дворе «позднего» Александра II стала самым обычным делом. Мемуарист упоминает, что ему «не раз случалось… слышать, что сам император Александр Николаевич находил вполне естественным, что люди к нему близкие на его глазах обогащались с помощью разных концессий и т. п., – если не одни, так другие, почему же не те, кому он благоволил?» и добавляет, что всесильный шеф жандармов, имевший серьезное влияние на царя, П.А. Шувалов, которого называли «Петром IV», лишился своей должности и был отправлен послом в Лондон именно потому, что пытался бороться с коррупцией при Императорском дворе, символом которой стала княжна Е.М. Долгорукова.

Судя по мемуарам, включенность императора Александра II в решение «коммерческих дел» отчетливо отслеживается уже к середине 1860-х гг. Более того, император старался держать руку «на пульсе» этих дел, используя всю мощь государственного аппарата для их решения в нужном ему ключе.
Об этом свидетельствуют записи в дневнике министра внутренних дел П.А. Валуева. Так, 31 марта 1867 г. министр записал: «Государь поручил мне позаботиться о предприятии полковника Новосильцова насчет таманских и кавказских нефтяных промыслов».

Один из мемуаристов писал о бизнесе «около трона» следующим образом: «При Александре II разыгралась вакханалия концессий, раздача польских конфискованных имений в целях обрусения края и расхищение башкирских земель. Поживились многие и на кубанских землях, и на бакинских нефтеносных участках.

Александр III на все это наложил запрет, но жизнь постепенно пробила иные пути для получения, конечно, не столь жирных кусков, но все-таки значительной материальной поддержки для лиц, умевших просить за себя, хотя бы в виде ходатайств об «усиленных» ссудах под залог имений».

Нефть тогда еще не приносила колоссальных доходов и еще не превратилась в стратегический ресурс. Однако уже тогда некоторые из государственных деятелей прозревали в ней источник государственной финансовой стабильности.

В дневнике П.А. Валуева (21 октября 1867 г.) есть красноречивая запись: «Заседание Кавказского комитета. Нефтяное дело. Государственный канцлер кн. Горчаков хотел обратить нефть в регалию и сказал без иронии, а со свойственною ему во всех неиностранных делах невежественною наивностью, что при расстройстве наших финансов следует надеяться на провидение, которое может исправить их обильными нефтяными источниками».
При этом, как показало время, прав оказался именно канцлер Горчаков, и только «нефтяные деньги» спасали Россию в 1990-х гг.
 
Всему есть своя причина  11.011.0

PSS

литератор
★★
A.1.> Пространное вступление:

Решил посмотреть, как выглядела балерина Числова

Числова Екатерина Гавриловна (1845-1889)
История "Планеты Бурь" http://shubinpavel.ru/  44
+
-1
-
edit
 

PSS

литератор
★★
При этом хотя бы жд дороги строили и нефть добывали. Мне из того времени больше такие истории удивляют :D


«…Нельзя не рассказать об анекдотической, удивительной по своей продолжительности истории выбора образца совсем уж казалось бы примитивного бытового прибора – офицерского умывальника (трубопровода сточной воды тогда в каютах не полагалось)». ©

Избранные А.Э.Шоттом в мае 1901 г. «крайне симпатичные по своей компактности и прочности» складные металлические умывальники (установленные на ранее построенном броненосце «Три Святителя») вызвали столь уничтожающую критику командира броненосца М.А.Данилевского, что С.П.Тыртов наложил запрет на заказ «никуда негодных» умывальников, не вызывавших прежде никаких претензий. От казенного железного умывальника образца 1875 г., избранного командиром «Потемкина», обратились к деревянному, только что утвержденному главным командиром для броненосца «Двенадцать Апостолов». Начавшееся было изготовление таких умывальников для «Потемкина» остановилось в связи с заменой на кораблях дерева металлом. Тогда строитель, и без того сбившийся с ног из-за хлопот с недопоставленной броней и предстоящего перехода из Николаева на достройку в Севастополь, решил ждать утверждения разрабатываемого в Петербурге специальной комиссией образца типового металлического умывальника, а на переход подобрать что-нибудь из запасов порта.

Прошел год. Петербургский образец «уже неоднократно проектирован комиссиею», но все еще подвергается изменениям, так как начальник ГУКиС В.П.Верховский одобрил тип умывальника, установленного на только что прибывшем из Америки броненосце «Ретвизан». Еще через год новый главный строитель «Потёмкина» - В.В.Константинов, ходатайствует о заказе по этому образцу умывальников и для «Потемкина». Но МТК, надеясь помочь петербургской комиссии, предлагает строителю разработать чуть ли не конкурсный образец умывальника, хотя самому МТК нравятся умывальники, используемые в английском флоте. Тем временем В.В.Константинов узнает, что ГУКиС, забыв о гонении на дерево, наряду с металлическими продолжает снабжать корабли деревянными умывальниками прежних типов. Почувствовав свободу действий, он ходатайствует о заказе в одесском магазине Франца Цише 39 умывальников, близких по типу к английским. Но тут как раз подоспела необходимость заказывать умывальники для крейсера «Очаков», и севастопольская портовая контора, вызвав на конкурс претендентов из Петербурга, Севастополя и Одессы, 19 июня 1903 года отдает заказ на умывальники для обоих кораблей «Художественной столярной фабрике К.Э.Акстмана» в Севастополе. Вскоре, правда, возникают «накладки» - «единственный в России» варшавский завод эмалированной посуды отказывает К.Э.Акстману в изготовлении умывальных чаш и ведер по полученным чертежам. Почти четырехлетняя эпопея создания красивых и изящных умывальников завершается достойным образом – волюнтаристским приемом Н.Е.Черниговский решительно заменяет фаянсовые чаши металлическими, а эмалированные ведра – оцинкованными.
Но не тут-то было!..
В «игру» вновь вступает упёртый Тыртов. Потом – МТК. Потом – ГУКиС…
И так по кругу ещё раза два.
Результат: в начале 1905-го броненосец «Потёмкин» получает ДВА набора умывальников, гы!..
Комплект мирного времени – фаянсовый, в случае начала боевых действий, «дабы не побился», должен силами экипажа был меняться на комплект «боевой» - металлический.
 

Читая Мельникова,..

…в его монографии «Броненосец «Потёмкин» обнаружил совершенно убойный эпизод, более чем наглядно иллюстрирующий сложившуюся в конце XIX-начале XX в. в России ситуацию с военным кораблестроением. В этом эпизоде, как в капле воды, отразилась непостижимая безалаберность тогдашней администрации,… //  u-96.livejournal.com
 
История "Планеты Бурь" http://shubinpavel.ru/  44
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★
В продолжении темы о балеринах:

Копьеломания вокруг «Матильды» (26/31) [Форумы Balancer.Ru]

Христианский экстремизм и радикализм Источник: задержан призывавший сжигать кинотеатры из-за «Матильды» Александр Калинин Лидер организации «Христианское государство —… (стр. 26 из 31) //  www.tanzpol.org
 

- интересно не знал, оказывается не только сами дамы, но и гнездышки для ебл.. передавались от одного вел.князя к другому, т.с. сказать по семейному:

По версии Матильды Кшесинской, когда начались ее интимные отношения с будущим императором, она уже не могла жить в родительском доме: визиты к ней возлюбленного считались бы неприличными. Цесаревич подарил танцовщице особняк на Английском проспекте, 18. У этого любовного гнездышка уже была романтическая предыстория: его построил великий князь Константин Николаевич для балерины Кузнецовой, с которой он сожительствовал. По словам Кшесинской, в хорошо обставленном доме с подвалом и садом она ничего не изменила, только заново отделала спальню и устроила себе уборную-будуар. На новоселье, в честь которого балерина устроила небольшой праздник, Николай подарил Матильде золотые водочные чарки.

В 1893 году для интимных встреч использовалась дача в Койрове: большой треугольный в плане дом с колоннадой екатерининских времен. Кшесинская в воспоминаниях рассказала легенду его постройки: «На вопрос, как она прикажет строить, императрица будто бы взяла у одного из близстоящих придворных его треугольную шляпу и сказала: "Вот план дома"».
 



Ну и вообще о балерунской недвижке:
Любовь ушла, а дом остался

В 1894 году цесаревич обручился с Алисой Гессенской, и Матильда получила отставку. Чтобы бывшая любовница не чувствовала себя незащищенной, Николай препоручил заботы о ней своему родственнику и горячему поклоннику балерины великому князю Сергею Михайловичу, который по просьбе Кшесинской купил ей в Стрельне «прелестную дачу, расположенную посреди обширного сада, простиравшегося до самого моря». Этот дом стал первым местом, где Матильда проявила свою домовитость и талант декоратора. «Стены обтянула кретоном, а мебель заказала у Мельцера, лучшего фабриканта мебели в Петербурге. Я успела также заново устроить и обставить маленький круглый будуар прелестной мебелью от Бюхнера из светлого дерева», — вспоминала танцовщица. Она даже построила у дачи маленькую электрическую станцию с квартирой для электротехника и его семьи: по ее словам, многие ей завидовали, поскольку в Стрельне «даже во дворце не было электричества». Кроме того, на выручку от сезона 1911 года Кшесинская построила в стрельнинском саду своему сыну Вове домик для игр.

Пожилой Сергей Михайлович не мог претендовать на сердце балерины: она отдала его сыну своего давнего близкого знакомого великого князя Владимира Александровича — великому князю Андрею Владимировичу. Князь был моложе ее на шесть лет, но это не помешало их роману, который привел к рождению сына Владимира. Балерине с ребенком и большим штатом прислуги стало тесно в особняке на Английском проспекте, и она решила построить новый дом «в более красивой части города, а не среди дымящихся фабричных труб» и выбрала участок на углу Кронверкского проспекта и Большой Дворянской улицы. Именно этот дом впоследствии вошел в историю русской революции как «особняк Кшесинской».

...
Во время нередких наездов на Лазурный Берег Кшесинская с Андреем Владимировичем останавливались в отелях и съемных домах. Это было не слишком удобно, и балерина захотела собственную виллу. В 1913 году великий князь купил Матильде дом в Кап-д'Ай с видом на море за 180 тысяч франков (гигантские по тем временам деньги). Сооружение было не в лучшем состоянии, ремонт и устройство центрального отопления потребовали дополнительных затрат — около 20 тысяч франков. На прилегавшем к вилле скалистом участке были организованы взрывные работы, участок расчистили и построили на нем двухэтажный дом с гаражом и комнатами для гостей, адъютантов великого князя и прислуги. Крыша нового дома стала продолжением террасы сада. Позже Андрей Владимирович прикупил участок соседнего сада, чтобы «устроить теннис для Вовы и маленькую для него крепость».
 

Срамные места

Чем одарили Матильду любовники //  dom.lenta.ru
 
Всему есть своя причина  11.011.0
+
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★
Об устройстве консерватории глазами самого царя.

Источник - воспоминания царского флигель-адьютанта капитана 1 ранга Фабрицкого С.С. (вообще их рекомендую для любителей флотской истории):
.

С.С. Фабрицкий. Из прошлого.

С. С ФАБРИЦКИЙ ИЗ ПРОШЛОГО ВОСПОМИНАНИЯ ФЛИГЕЛЬ-АДЪЮТАНТА ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА НИКОЛАЯ II Б Е Р Л И Н  1926 Типография Зинабург и Ко. Berlin SW 68, Alte Jacobstr. 129 Все права сохранены за автором ПРЕДИСЛОВИЕ. Потеря всех документов, дневника, записей и фотографических снимков, сделанных большей частью Государыней Императрицей Александрой Федоровной, лишают меня возможности составить подробные воспоминания. В настоящих я описываю по памяти только то, чему был сам свидетелем. Пускай читатель судит сам, есть ли доля правды в той гнусной клевете, которая говорилась и писалась про Государя Императора Николая II, Его Августейшую Супругу, Великих Княжен и Наследника Цесаревича людьми, принимавшими непосредственное или косвенное участие в революции. //  Дальше — rmzb.narod.ru
 

;)
Обыкновенно, если дневная прогулка совершалась без приглашенных, я по опыту знал, что Его Величество будет вести беседу о чем-нибудь, касающемся морского ведомства. И действительно, сделав несколько шагов, государь задавал мне вопрос, на который требовал самого подробного разъяснения. В таком порядке были затронуты вопросы о прохождении службы во флоте, об снабжении судов по материальной части, о подготовке кадет Морского корпуса к офицерству, о положении во флоте лиц свиты и адъютантов великих князей, об обучении новобранцев и много других.

Подробный доклад мой о снабжении судов продолжался более двух часов беспрерывно и государь, прослушав его до конца с полным вниманием и задав несколько вопросов, сказал: «Вот вы более двух часов обстоятельно докладывали мне этот интересный во всех отношениях вопрос. Морской министр имеет раз в неделю один час для доклада. Он начинается обыкновенно докладом мне высочайших приказов, о награждении пенсией, об увольнении в отставку по выслуге лет, затем кое-какие текущие дела. Далее мне приходится выпытывать у морского министра ответы на интересующие меня вопросы.
Что касается дела снабжения судов, то, хотя я и самодержавный государь, но уверяю вас, что после предъявления мною требования пересмотреть это положение, морской министр испросил разрешения сформировать специальную комиссию, работа которой затянется до бесконечности. Я буду напоминать, требовать скорейшего окончания работ комиссии, а дело так на этом и замрет.


Из таких неоднократных бесед о различных делах я понял, с каким недоверием государь относился чуть ли не ко всем министрам или к их докладчикам и в каком одиночестве чувствовал себя государь.

Как-то получил я письмо от сослуживцев по Гвардейскому экипажу, в котором они между прочим просили меня узнать непосредственно от государя, верен ли разошедшийся слух по Петербургу об уничтожении чина капитан-лейтенанта, в каковой они предполагали быть произведенными 6 декабря. Во время одной из прогулок я опросил об этом государя, на что получил такой ответ: «не думаю, так как об этом мне ничего неизвестно». Вскоре очередной курьер, приехавший с докладами на подпись государю, привез заготовленный приказ об уничтожении чина капитан-лейтенанта и о введении нового чина старшего лейтенанта.

Во время одной из прогулок зашел разговор о трудности управления большими частями или соединениями и государь, вспомнив о Своем неожиданном вступлении на престол, сказал: «Когда мой отец умер, я был просто командир Лейб-эскадрона гусар и первый год царствования только присматривался к управлению страной.
В это время статс-секретарь Финляндии генерал фон Д., занимавший эту должность еще при покойном моем батюшке, воспользовался моим доверием к себе и, дав мне на утверждение доклад, затем подшил к нему многое, о чем у нас не было речи. Прошло несколько дней. Как-то камердинер докладывает мне, что военный министр генерал Ванновский просить разрешения немедленно прибыть с докладом по экстренному делу. Разрешаю. Через ½ часа входит в кабинет взволнованный Ванновский, кланяется и говорит: «за что Ваше Величество изволили обидеть меня, своего верного слугу?».
- «Ничего не понимаю, объясните в чем дело», сказал я. На это генерал Ванновский протягивает мне готовый печатный лист из Сенатской типографии с утвержденным мною новым положением о Финляндии, которое должно было на другой день быть обнародованным. Рассмотрев его, я лично убедился в подлоге, так как на первой странице было то, что я утвердил, а обо всем остальном никогда у меня и речи не было со статс-секретарем. После этого пришлось сказать генералу фон Д. о невозможности его службы...».
 
Всему есть своя причина  11.011.0
+
+5
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★
Тяжело быть царем :)
В мемуарах Вырубовой есть хороший эпизод - после игры в теннис царь с группой товарищей пьет чай, и по ходу застольного разговора Николай II упоминает, что хотел бы иметь цветные носки к своему теннисному костюму.

Вырубова удивленно спрашивает, в чем мол тут проблема для российского самодержца?

Николай II обьясняет, что в случае обычных (видимо черных) носков ему достаточно что называется протянуть руку в шкаф, а вот цветные носки придется специально заказывать, и он тогда подсчитал что в этом случае в "операции" покупки "нестандартных" носков будет задействовано не менее 13 человек, и он представляет что они о нем все будут думать, и у него после этого сразу пропадает желание что то себе заказывать...

Короче на следующий день Вырубова зашла в магазин, купила цветные носки (цвет не упоминается)) и подарила их Николаю II, царь был жутко доволен и очень благодарил...


P.S. Интересно, сколько нужно человек для покупки носков ВВП? :D
Всему есть своя причина  11.011.0

PSS

литератор
★★
A.1.> P.S. Интересно, сколько нужно человек для покупки носков ВВП? :D

Ну если это проводить как закупку президенту то, подозреваю, это сейчас через госзакупки делать нужно :D
История "Планеты Бурь" http://shubinpavel.ru/  44
LT Bredonosec #02.12.2017 18:38
+
-
edit
 
попалась прикольная цитата:

Сейчас зима, камни замерзли, свинец распластался над городом, пылевые кручи разносили по городу инфлуэнцу, тиф, воспаления, синий карлик (только в эти дни и дерзающий показываться на улицах нашей столицы) опять разгуливал в калошах и с зонтиком, под руку с супругой.
Андрей Белый (письмо Александру Блоку, 1903)
 
RU Alex 129 #02.12.2017 21:48  @Bredonosec#02.12.2017 18:38
+
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★
Bredonosec> синий карлик

Это он о ком (чем)?
Всему есть своя причина  62.0.3202.9462.0.3202.94
LT Bredonosec #03.12.2017 00:44  @Alex 129#02.12.2017 21:48
+
-
edit
 
A.1.> Это он о ком (чем)?
у меня по ассоциации с мундиром возникла мысль, что это он о николае.
Но могу ошибаться.
+
-
edit
 

Crazy

опытный

A.1.>> Это он о ком (чем)?
Bredonosec> у меня по ассоциации с мундиром возникла мысль, что это он о николае.
Почему карлик? Разве что уничижительно, в политическом смысле. Ибо в физическом Н2 вполне себе нормальный мужик.
Bredonosec> Но могу ошибаться.
У Н2 мундир был синий? Это вроде цвет жандармерии, или я ошибаюсь?
 62.0.3202.9462.0.3202.94
+
-
edit
 
Crazy> Почему карлик? Разве что уничижительно, в политическом смысле. Ибо в физическом Н2 вполне себе нормальный мужик.
ну, 1.7 как-то несерьезно.. не наполеон, конечно, но всё же..
RU spam_test #03.12.2017 14:32  @Bredonosec#03.12.2017 14:22
+
+1
-
edit
 

spam_test

аксакал


Bredonosec> ну, 1.7 как-то несерьезно.. не наполеон, конечно, но всё же..
Это нормально и сейчас, тогда он был скорее высоким, чем средним.
 44
+
+1
-
edit
 

ED

аксакал
★★★☆
Bredonosec> ну, 1.7

Даже 168 вроде. Но в те то времена? Разве что по сравнению с предками мало, а так обычный рост.
 33
RU Alex 129 #04.12.2017 10:09  @Bredonosec#03.12.2017 00:44
+
+1
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★
Bredonosec> у меня по ассоциации с мундиром возникла мысль, что это он о николае.


Сомнительно. В 1903 году горячо любимый (как принято нынче считать в некоторых кругах)) народом царь гулял только по крыше Зимнего дворца, либо в срочно пристроенном для этого в 1902 году к северо-западному ризалиту Зимнего небольшом садике за забором 6-метровой высоты - в иных случая охрана ни за что не ручалась.

Собственно с чем и был связан тот факт, что когда весной 1904 года Николай II традиционно выехал на "дачу" в Царское Село, то в Зимний дворец он уже больше не возвращался и больше там никогда не жил (только пару раз приезжал на несколько дней при праздновании 300-летия династии и при обьявлении войны Германии в 1914 г).

Из тех же самых соображений Александр III будучи императором вообще никогда не жил в Зимнем дворце, сразу после воцарения переехав за город, в Гатчину.
Всему есть своя причина  11.011.0
RU Alex 129 #04.12.2017 10:23  @Bredonosec#03.12.2017 14:22
+
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★
Bredonosec> ну, 1.7 как-то несерьезно.. не наполеон, конечно, но всё же..

На фоне окружения он не выглядит низкорослым:


Всему есть своя причина  11.011.0
RU spam_test #04.12.2017 10:29  @Alex 129#04.12.2017 10:23
+
-
edit
 

spam_test

аксакал


A.1.> На фоне окружения он не выглядит низкорослым:
на фоне "народа", на третьем фото так и вовсе высоким.
 44
+
-
edit
 

Alex 129

координатор
★★★★★
Crazy> У Н2 мундир был синий? Это вроде цвет жандармерии, или я ошибаюсь?

Не обязательно - мундир Николая II по форме офицера Лейб-гвардии Стрелкового Императорской фамилии полка:

Для сравнения - мундир жандармского унтер-офицера:
Всему есть своя причина  11.011.0
1 12 13 14 15 16 17 18

в начало страницы | новое
 
Поиск
Настройки
Твиттер сайта
Статистика
Рейтинг@Mail.ru