Рэй Брэдбери

Хотелось бы услышать мнение местных завсегдатаев об этом писателе.

 

Что из его книг вам нравится?

 

Что больше всего запомнилось?

 

ПОСТУЧАВ в дверь писателя, услышал: «Открыто!» Пройдя чуть дальше, увидел звезду мировой фантастики при галстуке и… в пляжных шортах. «Понимаете, — объяснил Рей Брэдбери, — подумал — человек из Москвы приедет, официальное интервью. А потом решил — надо все-таки сделать так, чтобы вы чувствовали себя как дома!»

— Господин Брэдбери, в 1953 году вы написали ваш самый знаменитый роман «451° по Фаренгейту» — про общество будущего, где правит телевидение, а книги запрещены. Одинокие упрямцы прячут их, но спецкоманда находит и сжигает. Сейчас люди все больше смотрят ТВ, все меньше читают… Ждет ли Землю такая же печальная судьба, как в вашем романе?

— У меня нет никаких сомнений, что скоро случится именно так, как я предсказывал. Школы не учат детей ничему, вырастает поколение без мозгов — в голове только телевидение и компьютерные игры: они не умеют читать и писать, а про Достоевского думают, что тот — глава русской мафии. Учителям лень прививать школьнику любовь к чтению, а это очень опасно — можно снова получить костры из книг, как при Гитлере. Знаете, я даже рад, что у меня нет высшего образования.

— Разве это повод, чтобы порадоваться?

— Еще бы! И слава богу, что я не пошел учиться дальше. После школы моими учителями были книги, я месяцами пропадал в библиотеках. Это изменило мою жизнь. Я вообще нетипичная личность, даже машину водить не умею.

— Вы, наверное, единственный американец, который живет без автомобиля.

— Дело в том, что я вырос в очень бедной семье. Первую машину купили, когда мне стукнуло 38 лет, и мы решили, что водить ее будет моя жена. Я автомобили никогда не любил: они отравляют природу, да и нефть из-за них дорожает. Господи, да что там машины! Я в первый раз на самолете-то полетел всего 20 лет назад.

— Не может быть! И это говорит человек, который пишет о полетах на космических кораблях с такими подробностями, как будто сам вел их через Галактику… Признайтесь, вы ведь шутите?

— Нет (смеется). Представляете, как мне должно быть стыдно? В тот день надо было срочно попасть во Флориду, а поезда отменили. Я подумал: сам Бог велит мне воспользоваться самолетом. Ох и страшно же было! Принял на грудь шесть бокалов мартини и полетел. Долетел вообще отлично — правда, не помню как.

— Когда вы создали сборник рассказов «Марсианские хроники», никто в космос еще не летал. Вскоре там оказался Гагарин, потом люди высадились на Луне, а теперь уже исследуют Марс. Что вы чувствуете, видя все это?

— Счастье и разочарование одновременно. Почему человечество ушло с Луны, почему мы не исследовали ее поверхность, не построили там базы? Мы потеряли впустую целые десятилетия. Слава богу, сейчас ситуация поменялась в лучшую сторону. Я не знаю, увижу ли своими глазами, как сотни тысяч людей заселят Луну и Марс, но уверен, что это произойдет в ближайшие 15 лет. Кто-то скажет: ах, как медленно. Я отвечу: потрясающе быстро. То, что вчера было фантастикой, сегодня уже реальность. Знаете, в таких условиях трудно быть фантастом. Не успел ты написать о чем-то — как это уже сбылось.

— В ВАШИХ романах на Земле часто случается атомная война…

— А кто сказал, что ее не может быть через 5 минут? Проблема в следующем — люди стали настолько равнодушны друг к другу, что за секунду до того, как на их дом упадет атомная бомба, они подумают: «Так что, завтра мы за пивом не поедем?»

— Интересно, а существование инопланетян вы допускаете?

— Хотел бы я, чтобы они существовали. Но большинство фотографий и других свидетельств об их появлении оказалось фальшивкой. Здорово было бы повстречаться с инопланетянином, но я сейчас выгляжу не лучшим образом, он меня увидит и помрет с испугу (смеется). А вообще, мы же и есть инопланетяне. Сами высадились на Луне, а скоро будем жить на Марсе, и его жителей назовут марсианами. Разве нет?

— В вашем рассказе «И грянул гром» охотник сто миллионов лет назад случайно наступает на бабочку, а в результате в США приходит к власти президент-фашист. Вы всерьез думаете, что мелкий случай может изменить историю?

— О да! Гитлер тоже мог появиться из-за того, что кто-то наступил на бабочку. А вообще стоит задуматься: если тебе выпадет шанс изменить историю, станешь ли ты это делать? Я написал рассказ от своего имени: я попадаю с помощью машины времени в Лондон, куда 16-летний Гитлер приезжает навестить своего двоюродного брата. И я хочу его убить, потому что это монстр, но… в результате рука не поднимается. Потому что в то время он еще не стал тем самым Гитлером, а был обычным шестнадцатилетним мальчиком.

— Я полагаю, что и в машину времени вы тоже не верите. Я угадал?

— Да. Я много романов написал, где фигурировала машина времени в том или ином качестве, но мне не верится, что она может существовать. Хотя жаль, что ее нет. Для каждого человека это был бы шанс вернуться в прошлое и сказать близким те слова любви, что ты когда-то им недоговорил. Ну и еще, разумеется, я съездил бы в Россию XIX века — пообщаться с Толстым и Достоевским.

— Уже наслышан, что вы их просто обожаете.

— Обожаю? Да я жить без них не могу. Я не был бы без Толстого тем, кто я есть сейчас. Именно от него я научился, что главы романа должны быть короткими, как в «Анне Карениной». Конечно, в моем развитии как писателя огромную роль также сыграли Чехов и Пушкин, хоть они и не писали ничего про космос (смеется).

— ВАМ хотелось бы полететь на Марс как обычному туристу?

— Вы еще спрашиваете! Однако мне уже столько лет, что это несбыточная мечта… Но я хотел бы быть похороненным на Марсе — это абсолютно серьезно. Ведь тогда я стану первым покойником, зарытым в марсианской почве, и мое тщеславие это утешит (смеется). Пусть даже мой прах привезут туда в консервной банке, я не возражаю. Я рад, что миллионы людей представляли себе поверхность Марса, читая мои рассказы. До сих пор дети ко мне подходят за автографами, считая меня крутым космонавтом, хотя я даже не знаю, как строить ракету. Но зато я помог им построить мечту, и это очень важно. Знаете, я просто мечтаю увидеть Россию на Марсе! Должна быть конкуренция в космосе, и чем быстрее развивается соперничество, тем быстрее мы заселим эту планету.

— Я вижу, вон там в шкафу стоит ваша книга, которая издана в СССР…

— Ага. Мне доставляет большое удовольствие, что я так популярен в России. Хотя я ни одного рубля от этого не имел, целых сорок лет мои романы печатали бесплатно. В 1996 году во Флориде я встретил одного русского режиссера, и он мне говорит: «О, мистер Брэдбери, я снял по вашим «Марсианским хроникам» фильм, вам очень понравится!» Я ему говорю: ну отлично, а где же мои рубли? Он так стушевался… К счастью, не все русские такие. Как-то целая группа моих фанатов из Москвы приехала в Лос-Анджелес с подарками на мой день рождения, я радовался как ребенок! У меня даже совместное фото на память осталось (лезет в фотоальбом)… А вот, смотрите, это другое, с Горбачевым. Десять лет назад он пригласил меня на обед. Скажите мне, Горбачева любят у вас?

— Если честно, то не очень.

— Ну, что поделаешь… Главное, свою роль в истории он уже сыграл.

— У меня в душу закралось ужасное подозрение… Я вижу у вас на столе только пишущую машинку, но не вижу компьютера…

— Скажу вам больше: у меня целых пять пишущих машинок! Да кому нужен этот компьютер? Машинки не поражает вирус, они не зависают в нужный момент. Согласен, забавно: человек, пишущий о напичканных техникой космических мирах, создает их образы на раздолбанной и залитой кофе печатной машинке. Но, увы, это так.

— И последний вопрос как фантасту. Что ожидает Землю в будущем?

— Ха-ха-ха! А я-то думаю, спросите или нет? Да все будет нормально. Мы вышли из океана, вышли из джунглей, вышли из пещер, пережили кучу войн и эпидемий. И устояли. И, что бы там дальше еще ни было, я уверен — мы и это переживем.

 

Аргументы и Факты // Страница не найдена

Проверьте набранный адрес или почитайте что-нибудь другое. //  www.aif.ru

 

Я не люблю машины. Я ненавижу Интернет, ненавижу компьютеры. Они мешают нам жить, они отбирают наше время. Люди слишком много работают за компьютерами, они слишком много болтают, вместо того чтобы слушать и слышать друг друга.

 

Люди — идиоты. Они сделали кучу глупостей: придумывали костюмы для собак, должность рекламного менеджера и штуки вроде iPhone, не получив взамен ничего, кроме кислого послевкусия. А вот если бы мы развивали науку, осваивали Луну, Марс, Венеру… Кто знает, каким был бы мир тогда? Человечеству дали возможность бороздить космос, но оно хочет заниматься потреблением: пить пиво и смотреть сериалы.

 

Знаете, а девяносто лет — это вовсе не так круто, как я думал раньше. Сотня звучит солиднее. Представьте себе заголовки во всех газетах мира — «Брэдбери исполнилось сто лет!». Мне сразу выдадут какую-нибудь премию просто за то, что я ещё не умер!

 

Кстати, о всяких космонавтах. Мама тебя уже приобщила к фантастике? Вроде бы уже пора… «Понедельник начинается в субботу» уж точно пора… Обязательно востребуй с мамы. Это веселая фантастика. А фантастика совсем другого рода — это, например, рассказы Брэдбери. Это ничего, что пока ты еще не все в них поймешь, потом можешь перечитать, но удовольствие получишь уже сейчас.

У Брэдбери есть еще и совсем не фантастическая книжка — «Вино из одуванчиков». Это воспоминания о детстве. Если не пойдет пока — оставь, отложи на время, не насилуй себя, но мне кажется, что должно тебе сейчас уже понравиться. Это чудесная книжка, очень этическая, немножко странная, немножко грустная, но ты ведь понимаешь как много бывает хорошего и в грустных книгах.

Если «Вино из одуванчиков» тебе понравится, то, значит, можешь смело читать и другую книгу — французского писателя Алена-Фурнье «Большой Мольн». Она у нас тоже есть. Когда ты прочитаешь ее, ты поймешь, почему я ее вспомнил именно сейчас — они в чем-то очень похожи. А о писателе этом ты редко услышишь. Он мало у нас известен, потому что он автор одной только книги: бывают такие писатели — Ершов, например, написал только «Конька-Горбунька», а уж из литературы его не вычекрнешь!

Попробуй прочесть. Мне кажется, что время подошло. Если нет, то года через полтора вернись снова к этим книгам.