Согласно документу, опубликованному на официальном интернет-портале правовой информации, Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ получит указанную сумму из резервного фонда правительства в 2025 году. Эти средства будут направлены в АНО «Национальный научно-образовательный центр “Большая российская энциклопедия”» в форме субсидии.
Деньги предназначены для окончательного завершения ликвидационных процедур в 2025 году. В частности, они пойдут на погашение долгов по заработной плате, выплату компенсаций при увольнении сотрудникам организации, а также на завершение расчетов по имеющимся обязательствам.
Минцифры России обязано контролировать целевое и эффективное расходование выделенных средств и отчитаться перед правительством о проделанной работе до 1 марта 2026 года.



Согласно внесенному в Госдуму проекту бюджета, с 1 января 2026 года российская отрасль программного обеспечения может лишиться одной из важнейших льгот для IT-сектора — нулевой ставки по НДС при коммерциализации ПО, включенного в реестр отечественного софта. По мнению юристов и участников рынка, такие изменения, ставшие полной неожиданностью для индустрии, могут повлечь за собой массу неприятных последствий — от закрытия множества IT-компаний или их скупки крупными игроками до нового витка утечки кадров за рубеж


Пример Непала показывает, что запреты и требования, которые по замыслу местных юристов должны были стабилизировать ситуацию, имели противоположный эффект.
Регулирование интернета следует аккуратно и точно вписывать в социально-политическую конфигурацию каждой страны, соотносить с возможностями и доступными государству инструментами. Непальский опыт может стать классическим примером выхода государства за пределы своей способности регулирования интернета. Чтобы исключить подобное, необходимо привлекать институты гражданского общества к выработке мер ограничения доступа к цифровым ресурсам. Чрезмерное увлечение запретами вплоть до предложений «отключать интернет на выходные»[15] не повышает стабильность в стране, а лишь усиливает раздражение и протестные настроения[16].
Если мы предлагаем странам БРИКС+ просто борьбу за собственный суверенитет в интернете по принципу «берите суверенитета, сколько хотите», что остаётся в общем для всех участников знаменателе? В практической плоскости это может означать, что, если не найти общее пространство, мы в конечном счёте придём к тому, что россияне будут использовать Max, китайцы – WeChat, индийцы – ZohoCliq и т.д., но доступа к общим для всех платформам не останется.
В борьбе с влиянием Запада важно, учитывая все негативные факторы цифровизации, не разрушить архитектуру сотрудничества, сложившуюся в цифровом мире.


Чтобы быть в курсе всех налоговых начислений, придется установить на смартфон приложения «Налоги ФЛ», «Почта России» и «Госуслуги»

Основатель Telegram Павел Дуров заявил в X, что ЕС устанавливает «невыполнимые правила», чтобы наказывать технологические компании за отказ «молча цензурировать свободу слова». Так он ответил на пост Илона Маска, опубликованный летом прошлого года, в котором владелец соцсети X сообщил, что Еврокомиссия предложила платформе «незаконную секретную сделку», пообещав в обмен на цензуру некоторых высказываний не штрафовать ее. Однако X отказалась, заявлял бизнесмен.
Накануне ЕС оштрафовал соцсеть X на €120 млн, обвинив ее в нарушении закона о цифровых услугах.
«То же самое мы видели во Франции: безосновательное «уголовное расследование», а затем спецслужбы предложили свою помощь, если Telegram будет тихо цензурировать выступления в Румынии и Молдавии», — написал Дуров в X.
По его словам, ЕС преследует лишь те платформы, на которых «размещаются неудобные или инакомыслящие высказывания (Telegram, X, TikTok…)».
По мнению ЕК, верифицированные аккаунты в X с «синей галочкой» вводят пользователей в заблуждение, поскольку в X любой желающий может за деньги получить статус «верифицированного» пользователя без какой-либо значимой проверки со стороны компании. ЕК отвела соцсети 60 дней на устранение нарушений, касающихся «синей галочки», и 90 дней — на решение вопроса с прозрачностью рекламы и предоставлением доступа к данным.





